Книга Хозяйка старой лавки. Новая жизнь после развода!, страница 104 – Анастасия Пенкина

— Поедем домой, — сказал он просто, взяв мою руку и положив ее себе на локоть. Его пальцы легли поверх моих.

Я кивнула.

— Домой.

И пока мы шли к карете, где нас ждала моя дочь и начинался новый спор двух драконов о том, кто сядет на какое место, я поняла, что это слово наконец-то обрело для меня вес и смысл. Оно было связано не столько со стенами старой лавки, сколько с этим тихим, но таким надежным присутствием рядом.

Карета мягко покачивалась на дороге, ведущей домой, в Вольхендем. За окном проплывали темные очертания гор. Внутри было тихо, тепло и… безопасно.

Бель поехала с нами, но иначе. После короткого, но жаркого спора молодые люди нашли свой компромисс. Себастьян и Люциан оба сели рядом с Бель.

Я сидела рядом с Виктором. Усталость этого безумного дня навалилась на меня тяжелой, но приятной волной. Голова сама собой склонилась к его плечу. Он не шевельнулся, лишь его рука легла мне на талию, мягко придерживая.

Под мерный стук колес мысли текли плавно и ясно, складываясь в единую картину.

В старой лавке тети Мелинды я нашла не изгнание, а себя. Сначала это казалось наказанием. А оказалось я нашла дом. Не тот, что у меня отняли, а тот, что построила сама. Нашла собственную силу. В тесте, которое послушно поднимается. В магии, которая начинает слушаться. Нашла дочь заново, уже не избалованную девочку, а молодую женщину с огнем в крови, способную сделать свой выбор.

И нашла его… Дракона, который не берет, а делится. Который не требует поклонения, а предлагает союз.

Карета свернула на знакомый подъем.

Жизнь начинается не тогда, когда тебе дарят сказку. А тогда, когда ты сам становишься ее автором. Даже если тесто иногда выходит не идеальное, с комками, старый пол с трещинами и скрипит, зато ингредиенты все свои.

Карета свернула на знакомый подъем.

Мы въехали в спящий Вольхендем. Улицы были пустынны, в окнах домов горели лишь ночные огоньки. Только в окне моей лавки «Хлеб и травы» горел свет. Уезжая я забыла погасить магический светильник.

Впереди ждало завтра. Учеба дочери. Новые рецепты. Магия, которую предстояло освоить. Утром нужно будет снова замешивать тесто. И этот человек рядом, чье ровное дыхание я чувствовала у себя на макушке.

Я улыбнулась, не открывая глаз. Под щекой чувствовался мерный ритм его сердца.

— Завтра, — пробормотала я сквозь накрывающую дрему, — испеку круассаны. С миндальной начинкой. По новому рецепту.

Несколько месяцев спустя

Дверной колокольчик лавки звонко возвестил о посетителе. Я подняла голову от большого деревянного подноса с круглыми, румяными булочками хлеба, которые пересчитывала для большого заказа. На пороге стояла Элоди Вандер, держа в руках увесистый фолиант и сияя, словно солнце в пасмурный день.

— Дорогая, ты просто не представляешь, какие слухи дошли до меня! — Элоди поставила книгу на прилавок.

Я улыбнулась повернувшись к ней.

— Элоди, добрый день. Уверена, сплетни очень интересные.

— Само собой! — старушка архивариус придвинула табурет. — Встретила я намедни в городе нашего общего знакомца, Стефана Грея. Того самого поверенного.

Я налила ей чашку чая.

— И что же рассказывал господин Стефан?

— А то, что твой бывший дракон, — Элоди сделала многозначительную паузу, — совсем приуныл. Его, конечно, выпустили — старые связи сработали, штраф откупной заплатил. Но репутация в высшем свете, как дырявое решето. А самое пикантное… — Она понизила голос, хотя в лавке, кроме нас, никого не было. — Та юная особа, Амариллис, его покинула. Или он ее. Кто их разберет. Но говорят, тянула она из него соки знатно. Стефан уверял, будто Сайрус Арден постарел лет на двадцать. Так-то драконы-то стареют медленно, но теперь выглядит на все шестьдесят, ха-ха!