Книга Хозяйка старой лавки. Новая жизнь после развода!, страница 4 – Анастасия Пенкина

Она хотела выйти замуж по любви. Хотя бы по большой симпатии. Найти молодого перспективного дракона или мага подходящего ей по статусу. А Сайрус собирался сам искать ей мужа, не спрашивая о ее желаниях.

— Я тебя ненавижу! — выдохнула она. — Я никогда не выйду замуж по твоей указке! Никогда!

— Это мы еще посмотрим, — холодно ответил Сайрус. — А сейчас вам обеим пора собирать вещи. Завтра в это время я хочу видеть ваши чемоданы у ворот. Не стоит опаздывать, портал в Горное княжество открывают раз в месяц.

Он повернулся к окну, давая понять, что разговор окончен. Бель стояла, превратившись в статую, на лице ее застыли ужас и обида. Ее светлое будущее только что рассыпалось в прах.

Я молча взяла ее под локоть и вывела из кабинета. Мне нужно было упаковать всю нашу прежнюю жизнь в сундуки. И придумать, как выжить в глуши с дочерью, чьи мечты о балах могут никогда не сбыться.

Бель молчала и я велела ей попросить прислугу помочь со сборами. Свои вещи я хотела собрать сама.

Дочь молча поплелась к себе.

Я захлопнула за собой дверь спальни. Теперь не моей комнаты, а совершенно чужой.

Здесь царила тишина. Не та, уютная, к которой я привыкла за двадцать лет, а тяжелая, густая, давящая.

Я подошла к огромному зеркалу с рамой из полированного красного дерева. В нем отражалась обычная женщина. Да, уже далеко не юная девица. Это для дракона двадцать лет всего ничего. А для меня прошло почти пол жизни. И все же, я не чувствовала себя старой, мое тело казалось не так уж изменилось за эти годы… Время тронуло его совсем немного…

В в отражении мне чудились отголоски той другой жизни. Мне был дарован второй шанс, и я была так счастлива! Я думала, что попала в сказку и с головой окунулась в эту жизнь, родила дочь, старалась быть идеальной женой… и так старалась, что забыла не только о своем прошлом, но и о коварном брачном контракте, который подписала когда-то настоящая Алисия.

Я всмотрелась в бледное лицо, под глазами залегли тени. Волосы, обычно уложенные с безупречной легкостью, сегодня были наспех расчесаны и уже снова растрепались и будто потускнели. Медный, с вишневым отливом огонь куда-то пропал, а седых волос стало больше. Простое платье, которое я надела сегодня утром висело на мне мешком.

Я ждала, что начну плакать. Что слезы хлынут, наконец, наружу и размоют это жалкое отражение. Но ничего. Внутри была только пустота. Огромная, бездонная, как та пропасть, в которую Сайрус нас с Бель столкнул.

«Почти как прислуга».

«Сутки на сборы».

От этих слов внутри все сжималось в тугой, болезненный ком. Не больно, но так унизительно. Унизительно до тошноты.

Я провела рукой по лицу. Кожа была сухой. Ни одной слезинки.

И вдруг это молчаливое отчаяние начало менять свою форму. Оно стало горячим. Горячим и острым. Из пустоты выползла тихая беззвучная ярость. Такое всепоглощающее чувство.

То, что копилось годами каждый раз, когда он отворачивался от меня в постели. Каждый раз, когда забывал о моем дне рождении. Каждый раз, когда его взгляд скользил по мне, не видя на самом деле.

Я сжала кулаки, позволяя ногтям впиться в ладони практически раня кожу, до боли. Но это была ничтожная боль по сравнению с тем ураганом, что творился внутри.

Вдруг я почувствовала едва уловимый трепет под кожей. Легкое покалывание в кончиках пальцев. Я разжала ладонь и уставилась на нее. Розоватый свет пробивался через кожу. Я чувствовала тепло. Слабое, но такое родное.