Книга Старый рудник для брошенной жены, страница 5 – Алена Ягинская

— Очнулась? — голос, прозвучавший в комнате, показался знакомым.

Если бы не легкий скрип двери, наверняка я бы выдала себя, вздрогнув. А так замерла и ушки навострила.

— Да, госпожа, миледи Александра проснулась. Но, кажется, снова уснула.

Зашуршало платье, пришедшая женщина остановилась возле меня. Я почувствовала слишком приторный запах духов, от которого замутило. Терпи, Шурка, терпи.

— Ну и пусть спит, гадина. Как проснется, дашь ей лекарство, вот это, чтоб молчала, тварь. Пузырек потом выкинь, у себя не храни. Доктор что оставил? — Снова легкое шуршание и удаляющиеся в сторону шаги.

— Вот это, — услужливый ответ служанки.

— Вылей, а скажи, что выпила. Пусть мучается. И не зови никого. Авось подохнет все-таки.

Шаги, скрип двери, и я догадалась, что женщина вышла. А вот служанка устроилась, судя по звукам, где-то неподалеку.

И что это было?

Голос показался знакомым. Высокий, противный, как в моем сне. Псевдоэкономка? И служанка зовет ее госпожой? Интересно…

А мне делать? Эти две нехорошие личности меня, кажется, опять отравить хотят. Нет, я им, конечно, не позволю… Если смогу сопротивляться. Но вот смогу ли? Оставалось только ждать и набираться сил.

Без лекарств начала возвращаться боль, оставшийся шлейф духов казался тошнотворным, а еще организм захотел кое-куда. Но я терпеливая и жизнью закаленная. Лежала-лежала и дождалась.

В комнату снова кто-то вошел.

— Как моя пациентка? — спросил, по всей видимости, доктор.

— Все хорошо, господин Мишерт, миледи Александра спит, — ответила служанка.

— А где же лекарства? — удивился мужчина.

— Она выпила, — на голубом глазу соврала девушка.

— Все? Вы что, это же опасно! — всполошился мужчина.

Тут я поняла — пора. И застонала. Хотела громко и протяжно, но получился какой-то полузадушенный писк.

Но доктор услышал и подошел:

— Голубушка, как у вас дела? Можете открыть глазки?

Отчего же не открыть? Открыла.

Мужчина с виду был приятный: внимательные глаза, доброе лицо. Но мне и служанка понравилась сначала.

— Пить хочу, — сказала. — И в уборную.

— Конечно-конечно, — засуетился доктор. — Что стоишь, подай воды миледи, — велел он служанке, помогая мне сесть.

Та начала что-то наливать в стакан.

— Пусть она сначала попробует, — попросила я, не спеша брать пойло из рук девицы.

— Голубушка, да неужели вы думаете, что в этом доме кто-то захочет вас отравить? — удивился доктор.

Может, искренне, а может, напоказ. Кругом одни лжецы.

— А вы верите, что я на самом деле сама себя отравила? — спросила я.

И опять хотела сказать это грозно, но получилось как-то жалко.

— Нет, конечно, я уверен, что это была случайность. И мужа травить вы тоже не хотели, просто что-то перепутали. Все знают, как сильно вы его любили.

Он сказал «любила»? В прошедшем времени? То есть потом, судя по всему, перестала? Ну и правильно. Я тоже любила, потому что глупая была. А может, муж моей тезки умер? Хотя плевать мне на него с высоты башенного крана, со своей бы жизнью разобраться.

— И все же я настаиваю, чтобы воду попробовала служанка, — сказала твердо, насколько могла. Получилось лучше, и я порадовалась этому.

— Александра, ну что за капризы, право слово. Вот лекарства вы же все выпили, а тут упрямитесь.

— Я не пила. Я спала и не знаю, где они.