Книга Кадетка 73. На практике у маршалов, страница 92 – Тина Солнечная

Я опустила глаза. Подумала. Почувствовала, как он держит мою ладонь — крепко, но бережно.

— Кайл… я хочу быть с тобой. Ты — лучшее, что со мной случалось. Но… я не могу обещать, что не захочу быть с ними тоже. Я не знаю, что со мной. Всё так быстро и странно. Но я… я готова быть рядом с тобой. В той роли, которую ты сам выберешь. Просто… не уходи.

Он усмехнулся и поднёс мою руку к губам, целуя пальцы.

— Глупая. Я хочу, чтобы ты была моей женой. По-настоящему. И если для этого придётся терпеть рядом рий’тара и ор’лана — что ж, я справлюсь. Хотя удовольствия в этом мало. Но обижать тебя я им не позволю. Ни за что.

И прежде чем я успела сказать хоть слово, он притянул меня ближе, обнял, прижал к себе и, прижавшись лбом ко лбу, прошептал:

— А теперь, раз уж ты выбрала быть моей… иди сюда, жена. У меня вдруг появилось острое желание снова тебе напомнить, как ты мне дорога.

Он усадил меня на лабораторный стол, и я захохотала сквозь слёзы облегчения. Подумать даже на пару минут, что он больше не будет смотреть на меня так… Было ужасно.

— Ты и правда считаешь это романтикой?

— Конечно, — улыбнулся он, скользнув ладонью под подол моей рубашки. — У каждого свои слабости. И моя — ты.

Его поцелуи опаляли. Руки двигались по моим бёдрам, цеплялись за кожу, будто боялись упустить, будто я могла исчезнуть, если он хотя бы на миг ослабит хватку. Мы сливались в едином порыве — тяжёлом, жадном, слишком настоящем, чтобы это было просто сексом. Это было чем-то большим. Слишком важным. Слишком честным.

Даже несмотря на холод металла под ногами, внутри всё пылало. Его тело накрывает моё, сильное, горячее, уверенное. Мы больше не осторожничали. Его движения были чёткими, глубокими, вызывающими дрожь от макушки до кончиков пальцев.

— Кайл… — прошептала я, запуская пальцы в его волосы, и он только сильнее вжал меня в себя, как будто хотел, чтобы мы слились окончательно, без остатка.

Мир сузился до дыхания, до тел, до этого столика, до хриплых стонов, до жарких поцелуев, до…

Пш-ш-шшх.

Дверь.

Шипение открывающегося замка вспороло воздух, как нож — тишину.

Я повернула голову, застыв, не в силах поверить.

На пороге стоял Дейн.

Он не произнёс ни слова. Только смотрел.

Холодно. Жёстко. Остро, как лезвие.

Он стоял в проёме, высокий, словно высеченный из камня. Его лицо застыло. Ни одной эмоции. Только глаза. Эти глаза прожигали меня насквозь. Смотрели не на нас — на меня. На то, как я сидела, закинув ноги Кайлу на талию. На то, как его руки держали меня за бёдра. На то, как я дышала. Как смотрела.

Как принадлежала не ему.

Он не произнёс ни слова. Но я уже слышала, как рушится что-то хрупкое.

Кайл не сдвинулся. Не отпрянул. Только расправил плечи и заслонил меня собой.

— Тебе стоило постучать. Приемные часы еще не начались, — ровно сказал он. В его голосе не было ни стыда, ни растерянности. Только уверенность. Он защищал меня — от взгляда, от слов, от последствий.

— Вы заняты, — процедил Дейн. — Как, однако, неэтично ты обучаешь кадетов.

Он не двинулся с места. Мысли, чувства, эмоции — всё застыло. Словно сама реальность перестала дышать.

— Она моя жена, — добавил Кайл, не повышая голоса.

Дейн усмехнулся. Горько. Как-то страшно спокойно.

— Да. Вижу.

И его взгляд метнулся ко мне. Коротко. Остро. Будто что-то вырезал из меня этим взглядом.