Книга Джокеры, или Экспозиция: Родиться надо богиней. Месть богини. Буря приключений, страница 300 – Юлия Фирсанова

Мясо, тушеные овощи, сладкие булочки, салаты, паштет, вино, сок, десерт быстро исчезали со стола.

Закончив трапезу, Джей откинулся на спинку дивана, сложил руки на том месте, где должен был находиться живот, а у него, несмотря на объемы проглоченной пищи, оставалась лишь совершенно ровная поверхность пресса.

С усмешкой глядя на сестру, бог снисходительно заявил:

— Мы дозволяем вам, наша дражайшая сестра, отнести пустую посуду на кухню.

— О, спасибо, наш дражайший брат! – казалось, искренне обрадовалась принцесса и, вскочив с кресла, присела в глубоком реверансе. – Ваш приказ отзывается радостью в сердце моем. Только, пока я буду искать кухню, не вздумайте пойти топиться: я желаю быть свидетельницей сего уникального события! Кстати, надеюсь, по пути на кухню мне встретится наместник Вальдорн. Я уже успела по нему соскучиться!

— Значит, и он по тебе тоже, – резко помрачнев, ответил принц, мигом сообразив, куда клонит сестра. – Ладно уж, схожу сам. Не вздумай пока менестрелей соблазнять.

Шустро собрав подносы в стопу, Джей погрузил сверху груду посуды и, балансируя каким-то чудом тут же не рухнувшим сооружением, вылетел из комнаты. Жалобно всхлипнула несчастная дверь.

Смутившись от шутки принца, Эверетт покраснел до корней волос, потупил глаза и принялся сосредоточенно изучать причудливый цветочный узор синего напольного коврика. Ветерок из окна нежно теребил светлые мягкие волосы паренька.

Чувствуя неловкость менестреля, Элия доброжелательно обратилась к нему:

— Эверетт, милый, пока есть время, не сыграешь ли ты для нас? Я хотела бы послушать что-нибудь из твоих собственных сочинений. Несправедливо получается: наши истории ты уже слышал, а мы твои песни – нет.

— Если вы хотите… Я, конечно, играю не очень… Но я постараюсь. Только сбегаю за лютней.

Юноша тут же вскочил и выбежал в коридор, спеша удовлетворить просьбу.

Оставшись одна, принцесса ощутила какое-то смутное беспокойство. Не тревогу, а скорее ощущение чьих-то глаз, чужого присутствия. Решив развлечься и выяснить, в чем дело, богиня сплела простенькое заклинание поиска, доступное даже ее заблокированным способностям, и обшарила комнату. Чары кое-что зацепили.

Элия обратила свой взор на несколько линялый, но все еще симпатичный гобелен с пастушками, закрывающий одну из стен, и, усмехнувшись, сказала:

— Выходите, господин шпион, чего уж там. А то, право, как-то неловко. Я тут сижу, а вы, бедный, томитесь там за стенкой, переминаетесь с ноги на ногу. Небось устали уже шпионить без перерыва на обед.

Никто не откликнулся, но по едва улавливаемому излучению чужой силы Элия теперь точно знала, что человек еще там. Учитывая стойкую привязанность знати всех уровней к помещениям со множеством потайных переходов и комнат, принцесса подозревала, что дворец наместника не был исключением.

Догадываясь, кто за ней наблюдает, принцесса позвала вторично, уже более требовательно:

— Как вас там – Вильн, кажется? Выходите же, не стесняйтесь! Ей-ей, я не кусаюсь!

Гобелен поперхнулся.

— Ну что же вы? Нехорошо заставлять девушку ждать, – укоризненно сказала Элия, нетерпеливо покачивая ножкой.

Что-то зашуршало, стена с частью гобелена немного отъехала в сторону, и появился невзрачный человечек.

— Э-э-э… здравствуйте! – протянул он.