Книга Шата, страница 99 – Ри Гува

— Да, признаю. Следил. Мне было интересно, куда ты все время убегаешь.

«С чего бы это?» – подумала я, а вслух сказала:

— Расскажешь кому-то об этом месте – я тебя придушу! Усек?

Принц серьезно кивнул, но я заметила проблеск крошечной ухмылки.

— Ох и навалять бы тебе как следует! – пробурчала я, подходя к нему. – Иди отсюда! Это мое озеро и моя секвойя! Найди себе свои!

А Гонник уже, кажется, и не слышал меня. Он увидел эту воду, ее цвет. И у него появился тот самый взгляд: завороженный, очарованный прелестью природы.

О нет…

— Даже не думай пялиться! Вали-ка ты отсюда!

— Твое озеро? – недоуменно повторил принц и с трудом перевел взгляд на меня. – Почему же оно твое? Ты же не владеешь им?

— Оно мое, и все тут! – топнула я, считая, что это весьма убедительный довод.

— Это озеро находится во владениях Тинга. Стало быть, и озеро, и секвойя принадлежат ему. Верно? Твоего тут нет.

Не успела я открыть рот, как принц тут же продолжил:

— А если еще точнее, земли Тингов, как и все прочие в Баате, принадлежат королевской семье. Стало быть, и мне. Поэтому, думаю, справедливо сообщить, что дерево и озеро не твои, а мои.

Я не нашлась с ответом, поэтому залепила ему пощечину. Довольно сильную.

Гонник явно не ожидал этого так же, как и я, но лишь после удара я поняла, что наделала. Я ударила ПРИНЦА. На его щеке уже багровел след моей ладони. За такое отрубают руки. В лучшем случае. В худшем – голову.

Я знала, что он сейчас сделает.

— Ну что, побежишь жаловаться папеньке? – Я попыталась сказать это смело, но на деле мой голос был похож на свинячий писк.

Гонник внимательно изучал мое лицо и ничего не говорил. Меня это пугало гораздо больше, чем то, что я ударила его. Если принц решит убить меня прямо здесь, он может просто это сделать и спокойно вернуться в замок. Он поужинает, ответит, что не видел меня, поучаствует в моих поисках и ляжет спать. Никто не узнает, где лежит мое остывшее тельце.

Или он вернется в замок, скажет, что я напала на него и он случайно убил меня. Ему поверят, ведь я вечно со всеми дерусь. Похоронят мое тело – хорошо бы недалеко от мамы – и забудут. Принц поужинает и ляжет спать. И вскоре станет королем.

Какой бы из вариантов он ни выбрал, ему все сойдет с рук, ведь он Дагган.

Гонник долго смотрел на меня, а потом сделал шаг назад, затем второй, третий – а после развернулся и пошел прочь.

Небесный гром с треском раскатился над лесом. Я и земля дрогнули.

Значит, он сейчас пойдет и доложит все королю. И мне отрубят руки. Может, если хозяин заступится за меня, отрубят лишь одну. Если разрешат выбрать, то пусть это будет левая.

Я уже ощущала скорбь по потерянной конечности, когда поплелась следом. Но вскоре мне пришлось бежать, чтобы успеть преодолеть тропу прежде, чем ее окончательно зальет. И, добежав до болота, я увидела, как Гонник ловко идет по еле заметной тропинке, перепрыгивая и заворачивая точно там, где нужно. Я ошарашенно глазела на это и понимала, что он следил за мной не единожды. Он знал эту тропу ничуть не хуже меня. Интересно, сколько раз он проваливался в болото прежде, чем выучил все ходы? Когда я начала ходить сюда, то считать еще не умела, но точно помнила, что таких случаев было много.

Именно поэтому никто даже не предполагал, что в этом лесу, окруженном вязкими топями, что-то есть, кроме деревьев и мха. Сколько себя помню, я всегда знала, что тут сокрыты невиданные сокровища. И не ошиблась. В детстве я исследовала тут каждую водоросль и вскоре поняла, что если двигаться очень аккуратно и с палкой, то с помощью больших подводных камней и пригорков можно перебраться на лесной островок, на котором никто никогда не был.