Книга Василиска 9, страница 6 – Ольга Чумаченко

— Подождите здесь, — попросила белянка орков. А Виста и трактирщика позвала с собой. Если и покупать ребёнка, то сделать это надо через храм. Когда они в таком составе подошли к круглому зданию, объяснили служителю причину, то тот только кивнул. В храме он сделал запись, что леди ди Фён отдала за ребёнка те деньги, которые попросили его отец, оказалось отчим. И мальчишку из рук в руки отдали ей. А так же, записал служитель, что малышку-подкидыша с глазами фиалкового цвета тоже ей передали на воспитание. Теперь она их опекун.

Чтобы мальчишка не плакал, Лиска попросила трактирщика дать ему сладкий калач. У него новая повариха как раз напекла их. И получив хрустящую сладость ребёнок замолчал. А что? Не кричат на него, не ругают, не бьют, хотя отчим утверждал, что нелюдям его продаст, чтобы его съели.

— Ну, давай знакомиться, — протянула Лиска руку мальчишке, чтобы хоть как-то контакт наладить. — Я Лиска, это Сивир, а это Вист. — Указала она на заинтересовавшего его розового нага.

— Боря, — чётко выговорил малец своё имя. Волосы серые от грязи, глаза светлые. А у его родителей, которые его продали, и волосы тёмные, и глаза карие. Понятно, что чужой он в семье. Отцу так точно.

Орков отправила белянка к домику в лесу. А сама с мужьями и детьми сразу к имению. Куда она ещё с таким довеском? Только домой!

На лицах седых старцев у ворот появились улыбки. Особенно при виде кряхтящего свёртка в корзинке. В соколином имении уже имелась группа беспризорных детей, некоторых Лиска подобрала с улиц, некоторых им подбросили. Самым младшим там было полгода. Старшим десять. За ними присматривали приставленные няньки. Три няньки из деревенских и городских девушек на двадцать детей и одна воспитательница, воспитанница их же соколиной школы. А что? Работа не пыльная. Мыть, кормить, следить, чтобы дети вовремя ложились спать. Днём в группы приходили ученики постарше, что выбрали своей профессией педагогическую работу и проводили уроки. Тренировались они контактировать с детьми разного возраста.

— Девушки, это Боря, он теперь у нас жить будет, помойте, покормите, место ему покажите, с ребятами познакомьте, я завтра утром попытаюсь подойти, посмотреть, как он устроился, — передала леди ди Фён мальчишку. И уже обращаясь к ребёнку, попросила, чтобы он тёть слушался, они хорошие, не обидят.

А на свой этаж Лиска на цыпочках вошли, зашли в комнату. Дроу, видимо, проснулся, почувствовав их, но вставать он не торопился. Нежился. Думал, жена не сразу поймёт, что он притворяется. Поставив корзинку в кресло, белянка тихонько заползла на постель, поцеловала тёмного мужа в разрисованную татуировками спину. Некоторые знаки на его коже светились. При прикосновении к Дыму почувствовала она, как магия между ними завибрировала. Подмял он её под себя, захватив в плен губы. А не надо дразнит голодного хищника. Пошли бы они дальше, и даже присутствие переодевающихся младших ни его, ни белянку не смущало. Вист убежал узнать про ужин, попросить, чтобы козье молоко вскипятили для малышки. Отдельная секция у них на кухне имелась, где всё для маленьких детей держали. Там и бутылочки с сосками, и мелко смолотые каши. Так уж получилось, что несколько пар в старших классах поженились и некоторые уже обзавелись малышами. На время уроков малышей заносили к Лилии и Марине. Они за ними с другими девочками присматривала, а так, как молоко ещё не пропало, у обоих, кормили и других малышек. И им зо это доплачивали, как временным няням и кормилицам.