Книга Василиска 10, страница 21 – Ольга Чумаченко

Поднялись они по широкой тропе вдоль крутой стены, вышли на ровную площадку, где выступали из горы несколько домиков. Деревянные дома будто вросли в горы. Высокое крыльцо. И массивная дверь. У домов небольшие огороды и деревья. Кто-то из женщин полол, кто-то стирал, развешивая одежду на растянутую между деревьев верёвку. Благо, небольшой ручей сбегал чуть в стороне. И далеко ходить не надо было. У одного дома стоял стол, и средней комплекции женщина, что-то там чистила, доставая с деревянной бочки. Рыба… солёная рыба… у Лиски слюнки побежали. Хочу!

— Тётка Дора, а мы к тебе в гости, — прогремел радостно мастер, разведя руки в стороны. Тётка, конечно, для него совсем не тёткой была. На вид младше его самого, женщина лет сорока. Но Лиска подозревала, что ей больше.

— Ах, ты, хрыч старый, я тебе покажу гостей, — схватила она со стола тряпку и грозно махнула. — Всё никак не уймёшься, я тебе уже сказала, никто мне не нужен.

Видимо, тётку не раз сватали. Допекли!

— Да подожди, ты, орлица, — и сравнение с птицей так было сказано, что ни орлицу он имел в виду, а ослицу.

— Тётя, можно рыбкой угоститься, — подошла к столу белянка, голодным взглядом осматривая, действительно, солёную рыбку, жирненькую, сочненькую… м-м-м…

— Ешь, деточка, угощайся, милая, — обращаясь к «деточке», она изменила тон на дружественный. Так обычно или мамы, или бабушки с малышами говорят. Лиска поблагодарила, расплывшись в улыбке и чуть не расплакавшись, давно с ней так никто не говорил. Ещё она заметила, что если бы не вымазанные рыбными потрохами руки, женщина бы её ещё и по голове погладила. А повернувшись к мужчинам, она опять «ощетинилась». — Ну, талдычь, зачем пришёл.

— Замуж ты не хочешь, а жаловалась, что помощника бы тебе, так вот, забирай себе мальца, — махнул он рукой на жадно вгрызающуюся в кусок солёной рыбы белянку.

— Ты, что, с утра глаза залил, какой это тебе малец, девку от парня отличить не можешь? — дотянулась тётя Дора полотенцем и огрела мужчину по груди. — Ишь, ты! — А потом она взгляд чуть ниже опустила, рассматривая девку, ела она одной рукой, второй живот от соприкосновения с краем стола берегла. — Да ещё и пузатая… Рожать-то когда?

— Месяц, может, раньше, двоих ношу, — не прожевав, проговорила она.

— Да как это тебя угораздило сюда приплыть?.. — проговорила тётка, всплеснув руками и хлопнув себя по бёдрам.

— Так не по своей воле приплыла, вышла я из дома, села в экипаж, чтобы в город съездить, очнулась в замкнутом пространстве на корабле с другими похищенными ребятами, — коротко и по существу, рассказала она о своём приключении.

У-у-у… каким гневным взглядом тётя Дора впилась своими зелёными глазами, горящими ненавистью, в соплеменников. Её рыжие брови сошлись на переносице. Пухлые губы искривились.

— Ты… — чуть ни прошипела она на мастера. — Ты из нашего народа бандитов сделал, ты же говорил, что молодые люди сюда добровольно попадают, если не считать сосланных преступников в каменоломни.

В добровольно-принудительном порядке, подумала Лиска но вслух говорить не стала. Так как там пошли нелестные высказывания в адрес хвостатых.

— Тётя, можно, я немного у вас поживу?.. — облизывая стекающий рыбий жир с пальцев, проговорила Лиска. — Меня Лиска зовут.

— Конечно, можно! — назло мастеру сказала Дора.