Книга Василиска 10, страница 48 – Ольга Чумаченко

— Зачем?.. — сложил управляющий руки на груди, присев за стол. Лист он брать не стал.

— А чтобы не терять зря время, надоело бесцельно ходить, хотелось бы чем-то заняться, мы же будущие артефакторы, каждый день без знаний отупляет, — высказала она столько… — А у тебя тут… много интересного. — По суровому лицу каменного нага читалось, что вестись на её уговоры он не собирается.

— Нет! — поднялся он и двинулся к выходу.

Хлоп! Дзинь! Разлетелась под Лискиной рукой музыкальная шкатулка.

Медленно развернулся самец к девушке. Лента раздвоенного языка вылетела с шипением.

— Нечаянно, — пожала белянка плечиками. — Зато сегодня будет чем заняться.

Ничего Шип не сказал. Еле сдерживая себя от негативного высказывания в её адрес, вышел за дверь. Вдох-выдох. Спокойствие, только спокойствие.

И до самого вечера она честно ремонтировала музыкальную шкатулку, произведённую в Соколином царстве. Но это старый вариант. Поэтому белянка его подновила, подправила. Чтобы звук чище звучал.

— Вы сейчас смену сдавать к управляющему? — закончив работу, спросила она свою стражу.

— Да! — больше прошипели чернохвостые. И эти хвосты завиляли, обрадовавшись, что змейка к ним обратилась. Обратила на них внимание.

— Я с вами! — взяв готовую шкатулку, подорвалась она из кузницы.

В кабинет они с управляющим вошли все вместе. Он с обхода возвращался. Собирался доклады проверить, заверить, сложить. А тут…

— Вот!.. — поставила Лиска на стол шкатулку, по которой и не скажешь, что утром белянка её разбила. — Утром приду! — Руки в карманы, и на выход ушла. А зачем придёт она утром, не сказала. Заинтриговала.

Вечером опять была сказка и заводная песня. Шип стоял в сторонке, смотрел на белянку. Ничего в ней такого нет. Но почему-то тянет…

— Вот! — положила Лиска исписанный лист с предложением к управляющему на стол.

Шип взял, посмотрел. Белянка могла поклясться, что Каменный скрывает свою эгоистичную ухмылку благодаря изуродованной части лица. Шрам приподнимал уголок его губ с одной стороны. Засмотрелась она на корявую полосу над его губой, прикусив свою нижнюю губу. У неё шрамы на губах практически незаметные. Одна как раз ровно посередине нижней губы, а вторая — на верхней, там же, где и у рыжеволосого самца.

Рыжий? У её знакомого лэре рыжие волосы имели богатый золотистый отлив. А у этого ржавого нага, действительно, ржавый. Но если судить по физиологическим данным, и общим внешним. Хорош бронированный. Всё тело рельефное, накаченное. Хвост длинный, крепкий. И половина оставшегося лица смазливое. Ничем он другим нагам не уступал.

Сверкнул в желтых глазах каменного нага настоящий огонь. Насторожилась Лиска, сообразив, что поймал он её за изучением. А она что? Она ничего! Она просто любопытная.

— Выброси цветок! — прошипел Шип, увидев луноцвет у неё в волосах.

— Нет!.. — покрутила белянка головой. Сидевшая на плече красноглазая ящерка зашипела на самца. — Мы в ответе за тех, кого приручили. — Умиляясь, погладила Лиска питомца.

— Я соглашусь обсудить твоё предложение, после того, как выкинешь опасное растение, — прошипел, поднимаясь со своего рабочего кресла управляющий. У него обход. — И ящерку, если так хочешь при себе оставить, лучше в клетку посадить.

— Есть такие вещи, которые не обсуждаются, — вздохнула Лиска, встав напротив выползшего из-за стола змеехвостого. А он как будто специально демонстрировал себя во всей красе, повернувшись к девушке шрамами. На теле их тоже хватало. Плечи. Руки. Голыми руками он сражался против опасного хищника, напавшего на него, когда был ещё подростком. Только-только вступивший тогда во взрослую жизнь.