Книга Заклинательница океанов, страница 110 – Мария Данилова

И он принялся меня преследовать, пока я, хохоча как ненормальная, улепетывала от него по воде. Плыть не догадалась.

Конечно, несмотря на весь ужасный список, самое печальное заключалось в том, что он улыбался, но не мог говорить. Конечно, чувствовала я себя ужасно, это было очевидно, ведь слышать Баса я могла, только находясь в смертельной опасности. Видимо, это как-то связано с расходом маны и тем фактом, я истощила все резервы.

Но слышать в мыслях смех Баса, его голос, того стоило. Да, я была далека от лучшей формы, но мне было наплевать. Главное было в том, что мы были детьми и сейчас мы возвращали упущенное детство. И это было прекрасно.

Иногда я забрызгивала его и убегала, а он несся за мной и почти кричал у меня в голове что-нибудь вроде «ты несносная принцесска! Я тебя покараю!». Это было весело. Веселее, если бы голова не кружилась, и в ушах не звенело. Приходилось даже иногда пережидать особенно острые моменты слабости.

Но все-таки мы не останавливались.

Когда Бас ловил меня, догоняя, я визжала от восторга и пыталась вырваться, а он меня щекотал, или пытался сделать вид, будто сейчас утопит. Мы были просто подростками. Лучшими друзьями, которые выбрались на побережье, чтобы провести это прекрасное время вместе.

И вот что было странно: на нас смотрели, как на идиотов. Но у нас просто не было времени замечать собственные комплексы или страхи, тем более думать о том, что подумают о нас другие, у нас было так мало времени…

Через какое-то время Бас указал мне на парней с досками для серфинга, и мы отправились учить меня стоять на доске. Да, я могла бы воспротивиться, но будем честны: мне давно не было так весело и спокойно.

Пока я училась стоять на доске, я сорвала голос от хохота. Басу удавалось одними гримасами доводить меня до невообразимого смеха. В нем все больше угадывался тот самый Бас, которого я знала. Живой, человечный, свободный.

Боже, как же прекрасно время, когда ты перестаешь думать о том, что о тебе подумают другие, и сосредотачиваешься только лишь на том, чтобы получать удовольствие от жизни.

Я забыла обо всем на свете. Никаких проблем, забот, никакой искупительницы, никаких петель времени. Ничего. Только этот бесконечный день, который пролетел, словно секунда, и мы с Басом.

Устала я знатно, это очевидно. Особенно после моих попыток каллиграфий по телу. Другое дело, что Бас устать не мог. Но мне так не хотелось от него отставать, что даже, несмотря на жуткую усталость, я гонялась с ним по пляжу, играя в салочки.

Глупо?

Необходимо!

Детство закончилось уже очень давно, но никто не говорил, что его нельзя на время вернуть.

Наверное, когда мы вернемся обратно в академию, я упаду и усну. Если не усну до того, как упаду. Но это неважно. Как же это неважно!

В очередной раз я гналась за Басом, собираясь подловить его на повороте — он умело вилял из стороны в стороны, хоть и не понимал, что эта его стратегия вполне себе может быть использована против него — когда он вдруг замедлил шаг, а потом и вовсе остановился.

О том, что что-то не так, я поняла сразу же. Он обернулся и в его светящихся до этого счастьем глазах, застыла грусть и тоска. Странно, он как будто извинялся передо мной за то, что… за то, что…

К этому моменту наша связь с ним закончилась и я больше не находилась в смертельной опасности. Не знаю, как так вышло, что я восстановила силы тем, что их беспощадно тратила, но все же.