Книга Заклинательница океанов, страница 173 – Мария Данилова

Я заметила какое-то движение слева и резко устремила взгляд в сторону искупительницы. Не знаю, почему, но она продолжала лежать на месте и не подниматься, но, в принципе, мне и не важно. Главное, что это не она была причиной движения.

Рокки пришла в себя.

Сейчас она пребывала в явном недоумении и смятении на счет всего, что происходило вокруг. Но она все-таки была не дурой и заметила искупительницу сразу.

Поскольку я, как закоренелый оптимист, всячески полагалась на то, что когда она заметит Оли, она сразу же окажет ему первую помощь, я несколько не ожидала, что Рокки неуверенно поднимется на ноги и двинется в сторону магического круга.

— Рокки! — Завопила я ей вслед. Вдруг она не увидела? — Оли истекает кровью! Помоги ему!

Рокки сделала один неуверенный шаг вперед — похоже, она была не в лучшей своей форме — но все-таки притормозила и даже в пол оборота обернулась, безразлично посмотрев на меня.

— Рокки, пожалуйста! Ему нужна твоя помощь! — Продолжала взывать к ее совести или состраданию я.

Она лишь устало ухмыльнулась мне.

— О чем ты говоришь, Солэнклэр? — Отрешенно спросила она.

— Рокки, я понимаю, мы ругались много раз, но я все равно верю, что в тебе есть что-то хорошее…

— Ты что? Не понимаешь? — Она ухмыльнулась такой неузнаваемой ухмылкой, что у меня засосало под ложечкой. — Я должна была стать гарпией! Я! Не она! Они приняли меня третьей, они хотели сделать меня гарпией!

Так вот, значит, почему они тогда держались вместе. Значит, эти две гарпии предложили Рокки пополнить их ряды. Интересно, почему она никогда об этом не рассказывала. Впрочем, я не сильно и интересовалась.

— Но не сделали же, — что еще я могла сказать?

— Да, потому что я стала пантерой! — Она перешла на крик, срываясь на слезы и отчаяние. — Неужели ты не понимаешь?! Я — зло! Чистое зло! Беспощадное, ненавистное всем и тебе в том числе!

— Рокки…

— Не смей меня успокаивать! Ты ненавидишь меня всей душой!

Что я могла сказать? Да, я не в восторге от нее, но ведь чтобы я не сказала, не имеет никакого значения. Никто и ничто для нее уже не имело значения. Что же, действуем от обратного.

— А ты? — Вдруг спросила ее я. — Ты себя ненавидишь?

Рокки несколько не ожидала такого вопроса, потому немного успокоилась. Утерев слезы, она проглотила ком в горле.

— Мою сущность уже не изменить. Они выбрали меня, Солэнклэр, потому что я — зло.

— Но это сделали они. Что сама ты по этому поводу думаешь?

Ее губа задрожала, она переставала походить сама на себя, словно разваливаясь на части. Боль, отчаяние, злость, чувство несправедливости — все это било точечно прямо в цель. В этот раз Рокки была слишком уязвима, чтобы злиться. Она была разгромлена. Побеждена собственными не сбывшимися и такими далекими мечтами, и надеждами, в которые она уже перестала верить.

— Я устала. От этого поиска, от вечных перевоплощений, от ожидания, от бесполезности. От всего. Я устала бегать.

— Так остановись.

— Ты сказала мне однажды, что меня можно спасти. — Странно, что она вспоминала именно мои слова после всего случившегося. Казалось, Рокки меня совсем не слышит. Да и что в действительности могло бы сейчас помочь до нее достучаться? — Но теперь даже ты в это не веришь, — заключила она.

В ее глазах угасала жизнь, и это было страшно. Когда человек теряет надежду, он перестает походить на живое существо, ведь то, что грело его душу, то, что заставляло его двигаться вперед, просто покидало его. Теперь я знаю это наверняка.