Книга Заклинательница океанов, страница 30 – Мария Данилова

Одна женщина вдруг стала резко выделяться из ряда всех колдунов. Ее голос зазвучал громче, она внезапно начала петь… Сначала мне показалось это немного смешным, но потом, когда ее голос завибрировал, запустив в воздух поток разрушительных нот, мне уже было не до смеха. От этого пения разрушалась сама душа, не то, что какие-то чары.

Магия.

— И только смерть разделит прислужников и их Хозяина, — произнесла в заключение женщина на неизвестном мне, но известном Рэйвину, языке.

После чего пространство вокруг буквально взорвалось. Стены шаткого дома разлетелись в стороны. Буря вспыхнула, словно пламя на спичке, только во много раз превосходя его в размерах.

Круг смерти — а это именно то, что образовали собой мужчины, принесшие себя в жертву — проник глубоко под землю, устремился и ввысь. Что-то случилось, я это почувствовала, на каком-то другом плане или я не знаю, но что-то оборвалось. Какая-то связь навсегда прекратила быть абсолютной.

Воронов поглотило ничто, а я мгновенно проснулась.

Нужно было время, чтобы снова прийти в себя после увиденного. Столько всего произошло в жизни Воронов, столько событий пережил Рэйвин.

Рэйвин…

Приобняв меня сильнее, он ласково погладил меня по волосам. Немножко успокоившись, я снова уложила голову ему на руку и сделала глубокий вздох. Я знала, чего он ждет.

— Я видела, как вашу связь с демоном разорвали, — сообщила я.

Рэйвин молчал некоторое время.

— И что ты скажешь на это? — Спросил, наконец, он.

— Жутковато, если честно, — улыбнулась я.

— Ты боишься?

Я сделала еще один глубокий вздох и повернулась к моему Воину света.

— Когда ты, наконец, поймешь: я не буду тебя бояться. Никогда. — Рэйвин улыбнулся мне, но в этой улыбке не было облегчения. — Хотя, если ты, конечно, вдруг начнешь носить женские платья и каблуки, это может меня напугать.

Теперь улыбка была более искренней, но все еще не спокойной.

— Может быть, ты просто расскажешь мне правду, и мы покончим с этим? — Предложила я.

Рэйвин хотел мне что-то сразу ответить, но этот вопрос волновал его слишком сильно, потому он сначала решил подобрать нужные слова.

— Ты сказала мне, что если правда не касается нас, ее можно не рассказывать, — напомнил мне Рэйвин. — Я бы хотел оставить это в прошлом.

— Но ты же дал мне камень, — напомнила я.

— Потому что ты не оставила мне выбора, — спрятал взгляд он.

— Ты же знаешь, это важно. И эта правда касается нас.

— И я дал тебе камень, — нотки раздражения сверкнули в его голосе.

Он все больше и больше становился похожим на человека. Чем больше он познавал, тем больше он «взрослел» эмоционально. Возможно, мне нравилось больше, когда он был более наивным, чем теперь, когда он уже более уверенно начинает со мной спорить.

— Мне бы не пришлось напрягать тебя так сильно, если бы ты просто рассказал мне все сам, — заметила я.

Какое-то время Рэйвин не смотрел на меня, на его лице не было никаких эмоций. Он, то ли раздумывал над чем-то, то ли ждал озарения, я не знаю. Но поступил он вполне по-человечески. Практически мой способ.

— Я принес тебе пыльцу фей, — сообщил он.

Я медленно улыбнулась. Да, еще немножко и он начнет показывать мне свой характер. Даже забавно.

— Спасибо, — поблагодарила я, решив не продолжать нашу не самую приятную тему.