Книга Подонки «Найди и возьми», страница 26 – Кейт Блейз

Дверь за ними захлопнулась, отсекая крики.

Охранники переглянулись. Один достал пистолет с глушителем.

В подсобке щёлкнул предохранитель. Потом хлопок — короткий, сухой. И почти одновременно с ним сверху, из клуба, прорвались басы — тяжёлые, ритмичные. Будто само «Логово» одобряло происходящее.

Хантер поднимался по лестнице и чувствовал, как адреналин отпускает. Такое дерьмо, как этот дилер, даже руки марать противно. Для этого есть люди. А он — хозяин. Хозяин остаётся чистым.

В клубе гремела музыка. Девчонки вились, охранники кивали, бармены наливали. Жизнь шла своим чередом.

Хантер вышел в зал, поймал взгляд Кейна. Тот подмигнул, поднимая бокал.

— За метлу, что выметает мусор, — усмехнулся Кейн.

Хантер покачал головой, но в уголках губ дрогнула усмешка. Он подошёл к бару Рида, жестом попросил виски. Бармен поставил перед ним стакан с янтарной жидкостью, лёд звякнул о стекло.

Он сделал глоток. И замер.

Губу обожгло — там, где её зубы впились в него. Вкус металла смешался с виски, и на секунду он снова оказался в той подсобке, прижатый к ней, чувствуя её дыхание, её ярость, её...

Хантер провёл пальцем по губе. Посмотрел на красный след.

Он перебрал в памяти всех, кого ломал, уничтожал, трахал. Никто из них не сумел оставить на нём даже царапины. А эта девчонка... Укусила. Ударила камнем. Дала по яйцам. В полицию сходила. И сейчас, наверное, сидит в своей общаге, даже не догадываясь, что он стоит здесь и продолжает думать о ней.

Он посмотрел в чёрное стекло бара. Музыка вокруг стихла — или это только в его голове? На секунду в отражении вместо своего лица он увидел её. Серые глаза. Дрожащие губы. И этот укус — полный не страха, а лютой ненависти.

Наваждение длилось мгновение. Но оставило осадок.

— Бесит, — сказал он тихо, одними губами.

Кейн что-то крикнул через зал. Хантер пропустил это мимо ушей.

Он допил виски одним глотком.

Жжение в губе оставалось.

И, сука, ему это нравилось.

— Джесс, мне нужна работа.

Лив стояла посреди комнаты, уперев руки в бока. Вчерашняя решимость осталась с ней — лишь сменила форму. Теперь вместо гнева внутри поселился холодный, расчётливый прагматизм. Половина стипендии — серьёзный удар. Требовалось искать выход, добывать деньги, находить способ выжить.

Джесс оторвалась от телефона, где листала чью-то страницу, и удивлённо вскинула брови.

— Работу? Ты серьёзно?

— Абсолютно. — Лив скрестила руки на груди. — Выбора у меня нет, если ты вдруг не заметила. Половина стипендии — это не просто цифры. Придётся либо меньше есть, либо больше вкалывать. Я выбираю второе.

Джесс задумалась. Отложила телефон, постучала пальцем по губе, а потом её глаза загорелись тем самым огоньком, который обычно предвещал очередную авантюру.

— Знаешь, — протянула она, — есть одно место. Я там сама подрабатывала пару месяцев, когда прижало. Классное, приличное. Платят хорошо — двадцать пять баксов в час плюс чаевые. И самое главное — работа вечерняя. С трёх до одиннадцати или с пяти до закрытия. Лекциям не помешает.

Лив моргнула. Двадцать пять в час — почти две тысячи в месяц при полной смене. Плюс чаевые. Эта сумма покрывала потерю и даже оставляла запас.

— Что за место? — спросила она настороженно.

— Клуб «Логово». — Джесс подняла руку, предупреждая возражения. — Не тот, где раздеваются и всё такое. Приличный, реально. Там официанты обслуживают вип-зоны. Музыка, тусовки, но без криминала. Я знаю менеджера, мы нормально расстались, она меня вспомнит. Смогу договориться о собеседовании.