Книга Подонки «Найди и возьми», страница 56 – Кейт Блейз

Первый удар пришёлся ему в челюсть — со всей силы, с ненавистью, с отчаянием. Голова Хантера мотнулась, но он устоял. Второй удар — в грудь. Третий — в плечо. Четвёртый — снова в лицо. Она била его кулаками, не чувствуя боли в разодранной стеклом ладони, била и била, выплёскивая всё, что накопилось за эти месяцы: лес, склад, столовую, подсобку, вечер, унижение, страх, этот чёрный ужас в глазах умирающего человека.

— Ненавижу! — кричала она сквозь слёзы. — Ненавижу тебя, ненавижу, ненавижу...

— Да, — выдохнул он, принимая удар. — Вот так.

— Заткнись!

Она ударила снова. Он даже не пытался закрыться.

— Выплесни всё, — сказал он, и в голосе проскользнула хрипотца. — Давай, не останавливайся.

— Ты больной ублюдок!

— Знаю. — Он поймал её запястье, но не сильно — просто остановил на секунду. — Ты такая охрененная, когда злишься. Ты знаешь это?

— Пошёл ты!

Она вырвала руку и снова ударила. В этот раз — по скуле, со всей дури.

— Да, вот так, — он усмехнулся разбитыми губами. — Ещё. Я хочу чувствовать тебя.

Она замерла. Смотрела на него, тяжело дыша. Кулаки саднили, разбитая ладонь пульсировала болью. Он стоял так близко — чёртов монстр, чёртов убийца, чёртов...

«Почему я не могу тебя ненавидеть?»

Мысль пришла и тут же исчезла, потому что она уже не думала. Только чувствовала. Только это бешеное, отчаянное, выворачивающее наизнанку желание — сделать ему больно, сделать ему хорошо, сделать хоть что-то, лишь бы не чувствовать этот ледяной ужас внутри.

— Ты сексуальна, — сказал он тихо, глядя ей в глаза. — Безумно. Особенно когда вот так. Ты вся моя.

— Я не твоя.

— А чья же тогда?

Она не ответила.

А просто сама подалась вперёд.

Поцелуй вышел яростным, отчаянным, полным той же ненависти, что и удары. Она вцепилась в него, прижимаясь всем телом, кусая его губы, чувствуя вкус крови. Внутри всё кричало: «Что ты делаешь? Остановись!» — но тело не слушалось. Оно хотело. Оно требовало.

Он ответил мгновенно — руки сжали её талию, приподнимая, прижимая к стене. Она почувствовала его член, твёрдый, настойчивый, через его джинсы, и это должно было испугать, но вместо этого внутри разлился жар.

— Лив, — выдохнул он в её рот. — Чёрт, Лив...

— Заткнись, — прошептала она. — Просто заткнись и делай что хочешь.

— Это ты меня сейчас целуешь.

— Заткнись, я сказала.

Он усмехнулся, но послушался.

Рванул её футболку — ткань треснула, обнажая грудь. Холодный воздух коснулся кожи, но тут же его рот — горячий, жадный — скользнул вниз, по её шее, по ключицам. Она запрокинула голову, вцепившись пальцами в его волосы, когда его губы сомкнулись вокруг соска.

— Хантер...

Он втянул его, играя языком, покусывая, доводя до исступления. Лив выгнулась, чувствуя, как между ног разливается тягучее, томительное тепло. Она ненавидела себя за эту реакцию — но ничего не могла поделать.

— Я знаю, — выдохнул он, поднимая голову. — Я знаю, что ты ненавидишь меня. Мне даже нравится. Но сейчас просто будь со мной.

Она не ответила. Потому что не могла. Потому что внутри не осталось слов — только желание, только этот пожар, только его руки на её коже.

Он развернул её с силой, прижимая грудью к стене. Холодный бетон обжёг разгорячённую грудь, но она даже не обратила внимания. Одной рукой он сжал её затылок, фиксируя голову, второй рванул её джинсы вниз, вместе с трусами. Она услышала, как он расстёгивает свою ширинку, и зажмурилась.