Книга Подонки «Найди и возьми», страница 87 – Кейт Блейз

Лив смотрела на Хантера — с такой болью, что у него сердце оборвалось. Губы её дрожали, дыхание сбивалось.

— Я... я всегда ненавидела богатых, — выдохнула она наконец. Голос срывался, слова падали в тишину склада, разбиваясь о бетон. — В школе был один мерзкий парень... он портил жизнь бедным, считал их мусором. А когда летом мне написал некто... предложил помочь с оплатой счетов матери... и отомстить богатым... я согласилась.

Хантер молчал, смотрел на неё. В висках застучало — каждый удар пульса отдавался болью. Он сглотнул, но в горле пересохло.

— Он дал мне данные о тебе, — Лив говорила с трудом, слова перемежались всхлипами. — Твои фотографии, привычки, расписание. Я должна была следить за тобой. Как тень.

— Ты связалась с моим отцом? — Голос Хантера дрогнул, он сделал шаг вперёд, но отец вскинул пистолет, направляя ему в грудь. Хантер замер.

— Я не знала, что он твой отец! — крикнула Лив, и крик эхом заметался между ящиками. — Он был просто анонимом, который платил деньги! Я присылала ему информацию — где ты бываешь, с кем встречаешься, что делаешь. Всё было просто, пока Джесс не потащила меня на ту проклятую вечеринку!

Отец согласно кивнул, довольно ухмыляясь. Он перевёл пистолет обратно на Лив, поглаживая стволом её щеку.

— О да. А я посчитал это удачным стечением обстоятельств. При обычном раскладе ты бы прошёл мимо неё. А она... дала отпор. Зацепила тебя. — Он хмыкнул, глядя на Хантера. — Характер у этой суки, скажу тебе. Ты знаешь, почему у неё были проблемы в школе? Потому что она сломала руку тому богачу за то, что он ущипнул её за задницу!

Он засмеялся, довольный собой. Хантер смотрел на него и видел кукловода — того, кто дёргал за ниточки всё это время, превращая их в марионеток. Он перевёл взгляд на Лив. Она смотрела на него, и в этом взгляде читалось столько всего, что у него перехватило дыхание.

— Продолжай! — рявкнул отец, снова толкая Лив дулом в плечо. — Пусть знает всю подноготную!

Лив встретилась взглядом с Хантером. Пальцы сами потянулись к пистолету за поясом — рефлекс, от которого он едва сдержался, заставил себя разжать кулак. Нет, не сейчас.

— Я не хотела себя раскрывать, — прошептала она, и шёпот этот был громче крика. — Но в столовой... когда ты вёл себя как последний ублюдок... я вспомнила того урода из школы. И не сдержалась. Я понимала, что за это придётся платить. И ты сделал это ужасным способом.

Хантер сжал челюсть до хруста. На скулах заходили желваки.

— После этого мне никто не помог. Даже твой отец. Знаешь, что он мне сказал? — Лив горько усмехнулась. — «Бывает, мальчик выпустил пар». И закрыл все наши долги. — Она перевела дрожащее дыхание. — А когда я не взяла деньги у адвоката, он злился. Но я не могла. У меня остались только осколки гордости. Взять их ради молчания... это убило бы меня. А ты и так меня уже почти добил.

Повисла тишина. Только капли где-то в глубине склада отсчитывали секунды. Хантер смотрел на неё, и внутри что-то надламывалось.

— Это всё была игра? — тихо спросил он. Голос сел, пришлось откашляться. — Я чувствовал, что тебя тянет ко мне.

Лив покачала головой. Она попыталась вытереть лицо плечом, но связанные руки мешали.

— После благотворительного вечера я увидела в тебе не подонка... а обиженного судьбой мальчика. Я оборвала все связи с анонимом. Надеялась, что ты отстанешь. — Она замолчала, собираясь с силами. — Но потом... убийство в клубе. Я поняла: если ты узнаешь, что я сливала информацию, ты убьёшь меня сразу. И не только за то, что я видела. За то, что я передавала.