Книга Любовь на моих условиях, страница 95 – Юлиана Сторикова

— Конечно, не перестану…

Дальше я уже не слышала его, тянущая боль так сдавила низ живота, что я не смогла даже сделать вдох.

Я так и застыла с открытым ртом, в бессмысленной попытке хоть чуть-чуть втянуть в лёгкие воздух. Егор чуть отстранился от меня, впившись недоумённым взглядом в нижнюю часть моего тела.

— Ли-я, это то, что я думаю? — Медленно протянул он. — Или Давидик надавил тебе на мочевой?

Когда боль отступила, я часто и шумно задышала, жадно хватая воздух ртом. Егор резко поднял испуганные глаза на моё лицо.

— Едем в роддом… — Просипела, скатываясь с кровати, как колобок.

— Понял… — Егор, спотыкаясь, слетел с кровати.

Егор

Сижу в коридоре возле двери в родильную палату обхватив голову руками. Амалия не захотела, чтобы я присутствовал на родах, но я настоял на том, что первый возьму ребёнка на руки.

Меня уверяли, что звукоизоляция в этой палате просто превосходная… Походу это был стёб. Я слышу каждый крик боли и страха, каждый стон измученной схватками любимой женщины. И от отчаяния и безысходности хочется на стену лезть. Я ничем не могу…

Нет, не так.

Я НИЧЕМ НЕ МОГУ ПОМОЧЬ!

Остаётся только ждать и молиться. Никогда не был верующим человеком, но сейчас готов молиться всем богам мира, чтобы всё прошло благополучно.

Когда Сашка рожала Николь, я тоже переживал, но не так.

Сейчас я с ума схожу от волнения сразу за двоих любимых и родных человека. И даже не знаю, за кого переживаю больше.

Когда Амалия рассказала мне о беременности, я сначала лишился рассудка от переполнившего меня счастья. Затем вспомнил о позиции Амалии насчёт возможного материнства, и меня словно в бетонную стену впечатали на бешеной скорости.

Я даже подумал, лучше бы она вообще мне об этом не говорила, просто избавилась бы от ребёнка по-тихому и всё. Я бы и не знал о том, что мог стать ещё счастливее, чем есть сейчас. А так, я проведу остаток своей жизни, представляя себе, каким бы мог родиться мой ребёнок.

Но моя любимая злючка в очередной раз удивила меня, сказав, что готова рискнуть и выносить малыша.

Я готов был прыгать от счастья, как дебил.

Все месяцы беременности я старался по максимуму переложить дела на своих замов. Мне не хотелось ни на секунду оставлять свою любимую одной в таком трепетном и волнительном положении.

Раньше я и предположить не мог, что у меня будет такая большая и довольно необычная семья. Я кое-как смирился с фактом, что в нашем доме почти всегда гости. То Костя со своей новой жёнушкой пожалует, то его родители, то Брат Амалии.

С близнецами у меня прекрасные отношения. А Амалия на самом деле заменила мать моей крошке. Просто удивительно, как она привязалась к ней, даже по ночам брала Нику к нам в постель, отчего я с одной стороны бесился, ведь присутствие дочери мешало мне приблизиться к Амалии, с другой стороны — умилялся и буквально плавился от переполнявших меня чувств.

И забеременев, она не хотела оставлять ночью Нику с няней. Только в последний месяц перед родами Амалия сдалась и согласилась, что ей нужен полноценный ночной сон. Отчасти оттого, что её постоянно клонило в сон, даже днём.

Девять мучительных часов под дверью родильной палаты пролетели, как один долгий, невыносимо долгий миг, наполненный тревогой, волнением и предвкушением скорым знакомством с сыном.