Книга Развода не будет, страница 77 – Елена Безрукова, Элен Блио

— А что ты хочешь знать? — уточнила она, а я усмехнулся.

— Ты ведь прекрасно знаешь и сама, что именно, — ответил я.

— Ну… Я так понимаю, разговор у нас будет непростой и обстоятельный, — ответила девушка и взяла в руки меню ресторана. — А я — голодная. Сделаю заказ, если ты не против.

— Я — не против, — ответил я. Что же мне ей — запрещать есть? Конечно, я хотел бы побыстрее закончить с этим разговором, и вообще — с этой темой. Но мне придётся ждать. Некрасиво было бы топать сейчас ногами и требовать сначала меня выслушать девушку, а уж потом заниматься набиванием живота.

— Ты будешь что-нибудь? — спросила она меня, изучая строчки меню.

— Я уже заказал себе кофе, — отозвался я.

— Больше ничего к кофе не нужно тебе?

— Нет, — поджал я губы. Она специально, что ли, время тянет, или мне уже кажется? — Выбирай только себе.

— Как скажешь…

Спустя минут пять Алия жестом подозвала официанта, и тот принял у неё заказ.

Вскоре перед нами стояли две чашки кофе и “Медовик”, который бывшая сиделка моего отца выбрала для себя.

Я подождал, пока она поест, поглядывая на наручные часы.

Милане так за всё утром и не позвонил, а ведь обещал.

Помчался решать проблемы, окрылённый любовью и тем, что мне наконец удалось размотать этот порочный клубок, и не перезвонил ей. А она ведь ждёт и волнуется.

Ладно, выйду из ресторана после беседы с Алиёй и сразу же позвоню Милане, а то ведь напридумывает себе за это время всяких ужастиков, что потом не докажешь ей ничего, что хотела как лучше и прочее — и слушать ничего не станет.

Мила — просто мастер себя накрутить, обижаться на то, что сочинила сама, и кусаться в ответ, хотя я вовсе и не виноват был порой.

Не хотелось бы после такого сладкого примирения снова уходить в конфронтацию.

Тем более, я рассчитывал вечером на продолжение этого самого “сладкого примирения”… То, что было вчера — как десерт для меня. Только раздразнило и распалило меня, теперь же я намеревался взять свою жену жёстко, как бывало раньше, и уже оторваться по полной вместе с моей горячей нежной девочкой, моей женой и любимой женщиной, моей самой страстной любовницей — с Миланой.

— Ну а теперь я жду рассказ, — сказал я, когда она вытерла губы от крошек салфеткой. — Как ты докатилась до жизни такой?

— Какой?

— Что отбивать решилась чужих мужей. Ведь это грех.

— Так она тебя не любит, — покачала головой Алия. — Она от лукавого женщина… А я бы тебя любила. Я тебе больше подхожу.

— Это не тебе решать, Алия, — нахмурился я. — Какое ты право имела брать на себя такую ношу? И кто же тебе подкинул идею? Братья или сама предложила это, а они уже тебе помогли? Идея твоя или Арслана?

— А тебе как больше нравится? — усмехнулась она.

Алия совсем перестала притворяться овечкой и начала показывать свою истинную натуру. Не такую уж и приятную, какой она казалась раньше. Вся её доброта и кротость, услужливость — всё было игрой и маской. На самом деле она совсем не такая. Только одна Милана и раскусила фальш сразу же, одни мы верили ей — потому что одна семья. Были. Теперь уж я не знал, как это всё назвать — считаться с родственниками-крысами я не был намерен. Обнародовать это не планировал только из-за отца — уж больно по сердцу пришлась она ему. Боюсь, мой старик просто может не пережить такого потрясения, и в итоге и Алия, и Арслан, и ещё кто там у них был в сговоре — все они останутся практически безнаказанными.