Книга Лучший иронический детектив – 2, страница 336 – Ирина Градова, Елена Бжания, Ольга Мамыкина, и др.

— Слушайте, может она нас выслеживает? — предположила Ленка. Мы осмотрелись. Ничего подозрительного.

— Раз задумка провалилась, предлагаю поесть, — провозгласила Ирина Владимировна. — После покушений еда кажется особенно вкусной.

— А жизнь — особенно прекрасной, — поддакнула я, как самая опытная жертва.

Мы поехали к Ирине Владимировне домой. Она обещала накормить и дать передохнуть. Из всех вариантов это был, пожалуй, наилучший, потому как позволял никому из нас не оставаться без поддержки и заодно не вывести убийцу на свой адрес. Мало ли, вдруг он каким-то образом следит за нами!

Дома у Ирины Владимировны никого не было: старший сын жил отдельно, а младший ушел за город с друзьями. Мы получили в свое распоряжение набитый всякой всячиной холодильник, накинулись на него подобно саранче, после чего нас слегка разморило. Хозяйка предложила поспать, на что мы согласились. Меня разместили в комнате Александра, а Ленка отрубилась на диване в гостиной.

Около часа дня меня растормошили с тем, чтобы сообщить нечто странное: майор позвонил, чтобы рассказать, что Цокотуха нашлась. Ее нашли на окраине города запертой в собственной машине уже в критическом состоянии. Якобы она надышалась выхлопами с целью суицида. Я моментально проснулась и рывком села, да так, что в глазах потемнело.

— После стольких дел она надумала покончить с собой?! Совесть перегрелась?

— Никакой записки при ней не было, — напомнила Ирина Владимировна.

— Это ни о чем не говорит, — запротестовала я. — Самоубийцы пишут записки максимум в половине случаев.

— Да, Лиде лучше верить. Она у нас спец по медицине и психологии, — пояснила Ленка.

Ирина Владимировна почему-то усмехнулась. Да, я не произвожу впечатления серьезного человека, чем пользуюсь постоянно. Ведь от незаметной серой мышки трудно ждать чего-то. Женщин оценивают в основном по внешности, а когда оценивать практически нечего, то не обращают на них внимания, чем я и пользуюсь. Ведь кому бы пришло в голову, что я втягиваюсь в расследование? Подумаешь, лазит какая-то девица, разговаривает с кем-то, что-то вынюхивает; ну и пусть. У нее ничего не получится, ведь она выглядит не шибко красивой, то есть, абсолютной неудачницей.

— В любом случае, дело еще нельзя считать законченным, потому что в нем участвовал директор пункта проведения экзамена, о котором мы мало знаем, — строго напомнила Ленка.

— Да уж, придется его прижать, — легко согласились мы, как будто это рутинная работа.

— И прояснить вопрос с пропавшей историчкой, — дополнила она.

— Может, сначала чая выпьем? — предложила Ирина Владимировна. — В больнице плохо кормили, можно подумать, жертва покушения не заслуживает питания, я теперь постоянно есть хочу.

Мы согласились. После целой ночи в обмороке и общего отравления нейротоксином организму нужно было восстановить силы. Хозяйка сноровисто приготовила большой чайник, доверху налитый черным крепким чаем и поставила несколько тарелок с печеньем.

— Где будем искать директора? — спросила я.

— На работе. По крайней мере, должен там быть, если он не халтурщик, — отозвалась Ирина Владимировна. — Я тоже должна, кстати, но официально я болею и вообще страдаю, причем так, что ко мне не пускают.

— Значит, поедем к нему на работу? — уточнила я. — Ну да, куда же деваться. Кстати, у вашего сына сохранилась та самая пушка Гаусса? Может, подстраховаться и взять ее?