Книга Утраченная истинная, страница 40 – Нина Море

Такой кроткий зверь-дракон. Надо же…

— Ты опять так поступаешь… — шепчу, почему-то. Голос дрожит. Смотрю на успокоившегося дракона, который снова смотрит с тоской, видя мое противостояние. Пусть видит и знает. Я не смирилась… Ведь так?

Отпускаю его серьгу и отхожу дальше, поправляя смятое им платье.

— Я согласна принять твою помощь в возвращении своей магии, — говорю, кажется, дерзко. — Только при одном условии… — сверлю принца взглядом.

— Каком? — Эйден подходит ближе, вытирая большим пальцем кровь с губы, которую я прокусила.

— Ты не будешь распускать руки, не станешь меня касаться! И не поцелуешь! — выпаливаю.

— Теона, это не одно условие, — говорит, хитро улыбаясь. Гад! Слизывает языком все еще выступающие капли крови из губы.

— Это подробное объяснение, как понимать одно мое условие: не касаться меня. Дай магическую клятву! — сказав это, внутри что-то укололо. Но я не хочу задумываться. Он не заслуживает… не заслуживает… Чего он не заслуживает… Принятия… Точно.

Эйден громко выдыхает. Его взгляд поник… И мне… Почему-то не по себе.

Как же все-таки мной легко манипулировать.

— Хорошо, — на удивление, он так быстро согласился.

Эйден сплетает магическую вязь клятвы, обволакивая ей свою ладонь. Протягивает мне.

Я прикасаюсь к его ладони. И магическая клятва оплетает наши руки золотистыми нитями света.

— Тео, я обещаю не прикасаться к тебе, не обнимать, не целовать… — с каждым его словом я чувствую словно что-то обрывается, — если ты сама того не захочешь. — Клятва вспыхивает, исчезая светом внутри нас.

«Если сама не захочу» — какая самонадеянность!

Но, почему-то, его последняя фраза, хоть и была лазейкой для наглеца, но она привнесла нечто странное и новое в мою душу.

Это все думаю внутри. А вид у меня очень безразличный. По крайней мере, я надеюсь на это.

Расцепляю наши руки. Вижу, как Эйден трет свое запястье, где светилась клятва.

Но что-то в нем меняется. Его глаза. Они становятся темно-карими. Не темно-рубиновыми, как было прежде. Хотя, я ведь не художник, чтобы отличать цвета и оттенки. Эйден жмурится, немного тряся головой.

— Мне… Мне по-ра… — говорю, немного заикаясь. Почему-то в душе закладывается некое переживание. И… сожаление… Все странно. Нужно побыть одной и все взвесить. Нужно разобраться в себе.

Хватаю свою книгу с полки, убегая от него… И с каждым шагом, в противоположную от Эйдена сторону, чувствую, как натягивается невидимая нить от моего сердца, которая вот-вот порвется…

Теона

Густой туман покрывает подножье леса, по которому я бреду, ведомая зовом сердца. Я знаю, что хочу успеть. Я должна…

Пробираясь сквозь частые деревья, останавливаюсь. Потому что вижу перед собой огромного дракона. Небесный зверь лежит в траве, а вокруг него разбросаны стволы деревьев. Он падал с неба, рухнул вниз, ломая их. Вижу, что грудь дракона вздымается очень слабо. Большие глаза закрыты. Приближаюсь к нему ближе, касаясь носа дракона, и он вздрагивает.

«Он умирает» — мое сердце при этой мысли наполняется неизгладимой печалью и тоской.

— Кто сделал это с тобой? — я хочу помочь ему. Перемещаюсь вдоль тела огромного ящера и останавливаюсь напротив его груди. В месте, напротив его сердца, — рана, как от огромного копья. Подхожу ближе, понимая, что зверь потерял слишком много крови. Неужели я не смогу помочь?