Книга Утраченная истинная, страница 72 – Нина Море

И это очень реалистично… С трудом разлепляю веки, чтобы понять, что все было не сном. Понять, что я совершенно не зажата и позволяю себя касаться чьим-то наглым рукам! Я знаю чьим…

— Эйден… — хрипло произношу, вырывая себя из предательского сна окончательно, упираясь в его грудь.

И тут же понимаю, что верх моей сорочки сильно спущен и я касаюсь обнаженной грудью груди Эйдена.

— Ах ты… Дракон! — осознание, что он раздевал меня во сне, осматривал, что наверняка, и прикасался, а я в это время таяла от ЕГО ласк, заставляет меня возмутиться до крайней степени.

Толкаю его, выползая выше к изголовью кровати, запахивая края этой хитрой и коварной сорочки:

— Как ты мог? Так нельзя! — возмущенно говорю, дрожащим голосом.

И хорошо, что в комнате еще темно. Иначе бы мое пылающее лицо и его глупое выражение подставило меня, как никогда.

— Тео, — Эйден довольно улыбается, притягивая меня за лодыжку ниже под себя, опять нависает сверху. Понимаю, что он в одних легких брюках, а его волосы слегка влажные. Значит он вернулся недавно и сразу же… Вот же гад!

— Почему нельзя, Тео? Твое тело отзывалось… — смотрит, будто разоблачил, довольный, как кот на масленицу. — Почему мы не можем быть вместе, Тео? — склоняется, проводя большим пальцем возле уголка моих губ, делая голос вкрадчивым и обволакивающим. — Достаточно войны, Теона, я понял, что я был подлецом, я достаточно наказан… Но давай уже закончим нашу борьбу, — хочет поцеловать, но я уворачиваюсь.

— Отзывалась не я, а мое тело, причем, во сне! И… вообще… У тебя все так просто! — запинаюсь на каждом слове.

— А почему должно быть сложно, Тео? — улыбается, как троечник перед учительницей, которой хочет затуманить мозг обаянием, чтобы не получить двойку. — И ты опять не зовёшь меня по имени! — весело ему.

— Ну знаешь! Эй-ден! Распускать руки, когда человек спит и…

— И губы… — говорит, растягивая эти губы в хищной улыбке, а наглая левая рука Эйдена сжимает талию и тянется к бедру, вдавливая пальцы.

— Что «губы»? — не понимаю…

— Я распускал еще и губы. И тебе это нравилось, Теона. Ты просила ласки…

— Что? Да как ты… — пытаюсь ударить его, но он фиксирует мои руки над моей головой одной рукой, а второй наглой рукой ведет по обнаженному животу выше к груди, вот-вот касаясь и ее, ловя взглядом мою реакцию.

Как же это все… Если бы не психологические зажимы и психосоматика, то я бы… уже… утонула в этих ощущениях. Да что говорить! Даже осознание моего положения относительно тела Эйдена заставляет разливаться теплу по телу и перемещаться в район живота, где уже порхают сумасшедшие бабочки-невротики. Пора прекращать это немедленно! Ведь так?

— Нет, Эйден! Не смей! — говорю, извиваясь, ощущая как его рука почти коснулась груди. — Нет! Отпусти, наглый дракон! — извиваюсь сильнее и быстрее, ощущая… его желание.

— Теона, что ты хочешь, чтобы я сделал? — говорит вымученно и отпускает мои руки.

— Держи дистанцию, Эйден! Не касайся меня! — раздраженно выпаливаю. И не пойму на кого я раздражаюсь. На себя скорее. Я теряюсь в своих эмоциях и желаниях. Но я не хочу признаться ему. Слишком просто все для него.

— Ты же сама хочешь, чтобы я касался тебя! Теона, клятва пускает меня к тебе! — Эйден хмурится, бегая взглядом по моему лицу. — Почему ты такая строптивая? — возмущается.