Книга Позывной Омут. Чужая игрушка, страница 92 – Анна Королева

— Да, теперь мы в безопасности, — отвечает Кирилл, глядя на меня с решимостью. — И я не позволю, чтобы это повторилось.

Артем смотрит на нас, но внезапно задает вопрос от которого у меня сжимается сердце:

— Мам, мы что? Бросаем папу, да? Он же расстроится. Мы с ним больше никогда не увидимся?

Вот, блин. Ну и что здесь ответить?

На удивление, вместо меня это делает Кирилл:

— Эту проблему я постараюсь решить. Но всё зависит и от твоего отца тоже. Ты должен это понимать.

Я медленно моргаю.

— Кирилл, ты серьезно собираешься с Алексом говорить?

Тот невозмутимо кивает:

— А есть еще варианты? У нас с ним конфликт интересов. Иначе его никак не решить. Надеюсь, гордость его окажется меньше, чем любовь к сыну.

Кирилл

Я сижу в вип-комнате лучшего ресторана города, напротив меня — Александр Сабуров. В воздухе витает напряжение, почти осязаемое. Я чувствую, как каждая секунда тянется бесконечно, и понимаю, что эта встреча может изменить всё.

— Назови хоть одну причину, почему я не должен приказать своим парням пристрелить тебя на месте. Ты взял их, Кирилл. Ты нарушил все правила.

Его голос звучит низко и угрожающе, а глаза сверкают сталью.

Уверен, на многих бы это произвело впечатление, но вот мне абсолютно плевать.

— Во-первых, сначала забрал их у меня ты, — я ухмыляюсь. — А во-вторых, то что я сделал — это единственный выход. Марго и Артем — моя семья. Я не позволю тебе больше угрожать им.

Сабуров усмехается, его лицо остается невозмутимым, но в его глазах я вижу вспышку ярости.

— Семья? Ты не понимаешь, с кем имеешь дело. Я не собираюсь просто так отпускать их. Артем — мой сын, и ты не можешь решить за меня, что будет с ним!

— Считаешь, что быть свидетелем разборок отца с отморозками — это охрененно круто для психики ребенка? — Я склоняю голову к плечу.

— Ты хоть понимаешь, что делаешь?

Сабуров наклоняется ближе, его голос становится ледяным.

— Не указывай мне, Реутов. Ты не знаешь, на что я способен.

Я делаю глубокий вдох, стараясь не поддаться эмоциям и не врезать этому уроду.

— Я не указываю и не угрожаю. Я защищаю своих. И если ты не остановишься, то плохо будет и тебе, и им.

Сабуров хмыкает, его взгляд становится более настороженным.

— Мы семья, — цедит Сабуров

— Значит хреновая, раз Марго хочет сбежать. Смирись уже. Серьезно, мужик, она тебя не хочет, — я качаю головой. — У тебя есть сын, но таким поведением ты оттолкнешь и его тоже. К этому стремишься?

Сабуров презрительно усмехается, и я вижу, как его лицо искажается от гнева.

— У меня есть свои принципы, Кирилл! Я не собираюсь просто так отказываться от них. Ты думаешь, я не вижу, что ты просто хочешь отобрать у меня всё?

Я чувствую, как меня распирает от внутреннего конфликта.

— Я не хочу отбирать у тебя сына! Я просто хочу, чтобы он был в безопасности. Если ты действительно его отец, ты должен это понять и засунуть все свои принципы себе в зад ради него.

Сабуров замер, его лицо становится серьезным, но я вижу, что он не собирается сдаваться.

— И как ты себе это представляешь? Я должен просто сидеть и смотреть, как они живут своей жизнью, а я не имею права вмешиваться? Это мой ребенок в конце концов. Ты и сам скоро поймешь, что это значит.

Скоро? К чему это он?

Ладно, неважно.