Книга Призрак крепости Теней, страница 224 – T. C. Эйдж

— И вы звали их? Жену и детей?

Уолтер медленно кивнул.

— Звал, – прошептал он. Ветер тихонько завывал, разнося над горами жалобные стоны. – Но не помню, что я сказал. «Я люблю вас. Я люблю вас всех». – Он улыбнулся. – Возможно, что-то такое. А может, просто упал на колени и зарыдал. Не знаю. Я был слишком поглощен своим горем, чтобы запомнить.

«Это честное горе, и оно не сравнится ни с каким другим», – подумал Амрон, сочувственно глядя на своего спутника. Уолтер Селлек потерял больше, чем Амрон. Жену. Троих детей, старшему из которых было восемь, а младшему и вовсе несколько недель. А также отца и мать. Все они погибли в пожаре, охватившем дом Уолтера, который одновременно служил ему мастерской. Он был плотником и столяром, скромным, но уважаемым мастером. Пока его дом не поджег конкурент.

«Человек по имени Подрик Персиваль, – признался Уолтер однажды вечером за кружкой эля. – Мы много лет соперничали, в основном по мелочам, а потом все приняло совсем другой оборот. Я получил заказ, которого жаждал Подрик, и он озлобился. Не думаю, что он намеревался причинить вред моей семье – только разрушить мастерскую, но у человека, которого он нанял для этой работы, оказались другие взгляды. Я полагаю, это было недоразумение».

Недоразумение, стоившее нескольких жизней. Как рассказал Уолтер, это случилось летом, когда в Озерном крае праздновали солнцестояние. На гуляния съехались толпы людей со всего Западного Вандара, всем хотелось понаблюдать за гонками на лодках и погулять по шумным ярмаркам. Родные Уолтера тоже собирались пойти туда, но его жена и двое детей подхватили летнюю простуду, и все остальные члены семьи предпочли ухаживать за ними. Уолтер же отправился на набережную, чтобы подписать контракт на новый заказ. «После этого я зашел в лавку за цветами для жены, прикупил бутылку дорогого вина с пряностями, чтобы отпраздновать это событие, детям тоже что-то взял, – рассказывал он. – По правде говоря, это был один из моих счастливейших дней, но, когда я услышал о пожаре, он превратился в самый черный». После этого его жизнь погрузилась во тьму. Опустилась на дно бутылки. Утонула в желании отомстить. Амрон не понаслышке знал, как это бывает.

— Его нашли? – спросил он, глядя в костер. – Вы так и не сказали. Вы добились справедливого наказания за то, что он сделал с вашей семьей?

Уолтер криво усмехнулся.

— Справедливого наказания? Нет, милорд, для него не может быть справедливого наказания. Разве что я сам убил бы его семью и забрал все, что у него было. Но я никогда не смог бы этого сделать. Хотел ли я навредить самому Подрику, убить его? Какое-то время – да, но это время давно прошло. Я избежал тьмы, милорд. Теперь я живу только в свете Вандара.

Амрон прищурился.

— А если бы вы встретили его снова? Если бы я помог вам найти его?

— Я бы этого не хотел, – быстро ответил Уолтер. – Это лишь всколыхнет все то, что я давно оставил позади. То, что случилось с моей семьей, – это ужас, который не должен пережить ни один человек, но я не верю, что Подрик хотел причинить им вред. И я не могу считать себя невиновным в этой трагедии. Я сыграл свою роль в нашем соперничестве и сам многое сделал, чтобы спровоцировать его. Поведи я себя иначе – они, возможно, были бы живы и я бы никогда не отправился на север и не оказался бы сейчас здесь, с вами. – Уолтер перевел взгляд за костер, на сияющие белые равнины, мерцающие в свете бледной серебристой луны. – То, что случилось, должно было случиться, – решительно заявил он. – Гибель моей семьи, потеря моего дела – все, через что я прошел, привело меня к этому моменту, как и в случае с вами. Ваше увечье. Гибель вашего сына. Такие ужасы могут заставить человека совершать невероятные поступки. И в нашем горе, милорд, мы устремились к чему-то большему.