Книга Призрак крепости Теней, страница 289 – T. C. Эйдж

— Сначала должен умереть мой дед, а потом дядя, но надежда все равно есть. – Родмонд хитро улыбнулся. – В любом случае надо найти какую-то одежду. Может, успеем выпить в общем доме, пока дядюшка не нагрянул.

Элион не удержался от смеха.

— Я бы сказал, что нам стоит выпить, когда он войдет, Родмонд. Показать твоему дяде и моему, как это делается. Но сначала придется перехитрить сестру Элис. Зуб даю, она попытается привязать нас к кроватям.

— Она может делать все, что ей заблагорассудится. Этот праздник я не пропущу.

Элион не стал возражать и, не теряя времени, отправился в свою палатку, чтобы одеться. Он натянул белую рубаху, коричневый кожаный дублет, шерстяные штаны и сапоги, затем закутался в плащ с меховым воротником и все это время старался не смотреть на красно-черные пятна на полу. Одевшись, Элион подошел к сундуку, отпер его, вытащил кинжал из божественной стали и повесил на пояс. Прикосновение к клинку придало сил. Тогда Элион налил себе вина и впервые внимательно оглядел палатку. Кровать, где спала Шаска. Письменный стол, за которым она проводила дни. То место, где она вонзила нож в глаз Боргина и рассекла мужское достоинство сэра Гриффина надвое. Исподволь она все же пробралась в мысли Элиона и поселилась там, и не раз являлась ему во снах. Это была не любовь, нет, что-то другое. Что-то более глубокое.

«Тайна, – подумал он. – И судьба».

Элион вздохнул, подошел к столику и снова наполнил кубок. «Возможно, я никогда до конца ее не пойму». Спина, обмотанная повязками, сшитая сотнями швов, совсем онемела от масла шиповника. «Главное, не делать резких движений», – сказал себе Элион, потягивая вино.

По всему лагерю все еще гремели барабаны, и воздух наполнялся гулом и гомоном людей, возвращавшихся к своим кострищам и палаткам. Элион выглянул наружу как раз вовремя, чтобы увидеть, как его дядя марширует по двору: броня сверкает, Меч Варинара лежит в ножнах на бедре.

— Дядя! Дядя, я слышал, что случилось.

Веррин оглянулся.

— Пойдем внутрь, Элион.

Они вошли в освещенную двумя жаровнями палатку Первого клинка, спасаясь от пронизывающего холода. Элион оказался здесь впервые с тех пор, как тайком притащил сюда Шаску. Он посмотрел на то место, где оставил ее, хотя она и пробыла там недолго: Веррин быстро поручил ее заботам Лансела и Барнибуса. Вряд ли Элион услышит от них какие-нибудь вести, пока они не вернутся в лагерь, а это произойдет не раньше чем через неделю или около того. А если война здесь действительно закончилась? Тогда они наверняка сразу же отправятся на юг, защищать побережье. «В Драконью погибель. К Киллиану и Риккарду». Мысль о том, что Элион снова увидит их, придала ему сил, потому что Веррин с каждым днем все меньше походил на себя.

Дядя положил Меч Варинара на дубовый стол. Дерево жалобно заскрипело под тяжестью клинка.

— Я слышал, Годрин мертв, – сказал Элион.

Первый клинок кивнул, на его посеревшем лице застыло холодное и мрачное выражение.

— Говорят, сердце не выдержало, – ответил он. – Хадрина короновали, и он сразу же приказал всем своим лордам, рыцарям и подданным сложить оружие. – Веррин снял латные перчатки, отложил их в сторону и добавил: – Райлиан сообщил, что принцесса Амилия выйдет за Хадрина замуж. Этот брак объединит королевства.