Книга Песнь Первого клинка, страница 202 – T. C. Эйдж

— Ничего такого, не забивай голову, – сказал он коротко.

Алерона явно не устроил такой ответ.

— При всем уважении, отец, но разве мне не предстоит вскоре занять твое место? Думаю, мне стоит быть в курсе того, что происходит за границами Вандара.

Амрон нахмурился.

— Я еще жив, сынок, – громко произнес он. – Или ты решил, что мое место уже принадлежит тебе?

— Отец, я не хотел показаться грубым. Просто мне, как и всем остальным, интересно, что происходит на Востоке. Я знаю, что у вас с королем Эллисом разные взгляды, но…

— Эллис – идиот, – перебил Амрон сына. Его слова раздались как гром среди ясного неба. – Он не в состоянии править этим королевством.

— Амрон, – встревоженно проговорил Веррин. – Советую сначала обдумывать свои слова.

— С этим у меня все в порядке, брат. Эллис – бледная тень своего отца и деда, и так было всегда. Почти двадцать лет я помогал ему, направлял его. А теперь он хочет отодвинуть меня в сторону? Я этого не допущу! – Амрон грохнул кулаком по столу так сильно, что кубки и миски подпрыгнули. – Слышите? Не допущу!

По залу разлилась тишина, словно холодный зимний ветер ворвался из окон и унес слова Амрона по коридорам, оставив лишь тяжелое пыхтение. Все члены семьи опасливо переглянулись.

— Амрон, король не пытается тебя отодвинуть, он ценит твои советы и всегда будет их ценить, – осторожно сказал Веррин. – Что бы ни случилось, ты всегда будешь стоять рядом с ним.

— Да, сразу после тебя, Веррин. С каких пор мое слово стало весить меньше твоего?

— Это не так. – Спокойствию Веррина можно было только позавидовать. – По законам нашей страны ты всегда будешь старшим братом и старшим лордом, главой нашего дома. До самой смерти. Я никогда и не подумал бы прыгать через твою голову.

— В открытую – нет. – Амрон откинулся на спинку стула. Он не привык так много пить, и алкоголь уже начал действовать: его щеки раскраснелись, взгляд стал пугающе напряженным. – Король слушает тебя и благоволит тебе как командующему его гвардией, а не мне. Я, конечно, глава нашего дома, но это не делает меня особенным. Есть еще Тайнары, Олораны, Амадары, Каргиллы и куча других. – Он снова стукнул кулаком по столу. – Нас втягивают в войну! Только я советовал ему не вступать в нее. Только я!

— Я советую ему то же самое, Амрон. Каждый день я выступаю за мир.

— Неужели? Не ты ли хотел присоединиться к Джаниле и пойти воевать?

— Я рассматривал этот вариант, потому что такова моя работа – рассматривать варианты.

— Зачем рассматривать войну? Ты что, забыл, как пахнет смерть, Весрин? Крики, страдания… Что, годы в уютном дворце короля вытеснили эти воспоминания? – Амрон холодно посмотрел на брата. – Джанила весь мир втянет в войну. Он не остановится на Расалане. Это все его Лукарская кровь.

— И поэтому мы должны подумать о том, чтобы присоединиться к нему. Чтобы контролировать его, Амрон! Чтобы спасать жизни!

Элион посмотрел на Амилию, которая наблюдала за всем происходящим, как кошка.

— Нет! – Амрон вскочил со стула так резко, что тот полетел на пол. – Я не позволю Джаниле запугивать людей. Я не буду поддерживать убийство наших братьев по ту сторону пролива! Мы контролируем Север! Мы решаем, что с ним будет! Мы, Веррин! Не он! Я решаю!

Несколько секунд в комнате стояла гробовая тишина. Амрон тяжело дышал, шумно втягивая воздух, а слуга поднял стул позади него и в страхе отошел подальше. Амрон стоял, слегка дрожа, и держался правой рукой, чтобы не упасть.