Книга Песнь Первого клинка, страница 25 – T. C. Эйдж

— Ага! – торжествующе воскликнула Ллана. – Обманула! Будто меня волнует, что ты обо мне думаешь.

— Нельзя так. Это я ухожу, а не ты. Это должен быть мой вечер.

Ллана показала Дэлу язык, а он бросил в нее кусочек хлеба.

Оррин постоянно смотрел в окно. За последние полчаса все чаще: его мысли занимало скорое возвращение лорда Куинтана. Пока Ллана продолжала подшучивать над неудачным романом Дэла, Оррин встал, подошел к окну и выглянул в сгущающуюся темноту.

В конце концов он прервал их беседу.

— Довольно. Успокойтесь. Нам нужно убрать со стола и подготовить все для лорда Куинтана. – Он снова посмотрел на дорогу, ведущую на запад. – Лорд скоро вернется, и мне лучше его встретить. Но прежде чем я уйду, хочу произнести тост. Все эти разговоры о пьяном Дэле…

Оррин повернулся, улыбаясь и держа в руках глиняную бутылку вина – будто из воздуха ее достал.

Все разом просияли.

— Откуда она у тебя, пап? – спросила Ллана. Вино стало редкостью, особенно в последнее время, и его трудно было найти на фермах к западу от Двоеречья.

— О, я приберег ее для особого случая, – ответил Оррин, щедро разливая вино. – Будь я проклят, если оставлю лорду Куинтану хоть каплю, – сказал он с лукавой усмешкой. – Так что допивайте, а потом вытрите губы. Не хочу, чтобы он заметил следы.

Шаска взяла свою чашку и вдохнула аромат. Вино пахло фруктами и напоминало о лете.

— Это вино из южных краев?

Оррин гордо улыбнулся.

— У тебя острый нюх, Шаска. Вино из Соларии, так мне сказал торговец в Двоеречье. Я не знаток, но могу сказать, что оно с Летнего острова. – Он подмигнул девушке. – Там лучшие виноделы в мире.

— Земля твоих сородичей. Да, Шаска? – усмехнулась Ллана.

Шаска отвела взгляд от камина. Ее кожа была не такой бледной, как у северянок, скорее, светло-оливкового оттенка, но глаза не карие, как обычно у южанок, а голубые, словно летнее небо. Редкое сочетание для севера Тукора.

«Не сегодня, – сказала себе Шаска, вспоминая мрачные события. Камера. Кнут. Тень у двери. Она закрыла глаза, прогоняя наваждение. – Не сегодня».

— Итак, какой тост? – спросила она, обращаясь к мастеру Оррину. Его лицо было подобно очагу, огню, согревающему комнату. Это сразу ее успокоило.

«Как же мне повезло, что я его нашла, – подумала Шаска. – Хотя, скорее, он нашел меня».

— Что ж, медлить не стоит. Времени у нас не так много, – начал Оррин. Его голос был таким звонким и добрым, что все плохие воспоминания Шаски разлетелись, как осенние листья на ветру.

Оррин снова посмотрел в окно и перевел взгляд на ребят.

— За Дэла! – провозгласил он, поднимая чашку. – За лучшего работника на нашей ферме и на всех землях Тукора! С тех пор как ты здесь появился, ты стал мне как сын. А Ллане и Шаске как младший брат. Наша семья будет тобой гордиться. Когда мы встретимся в следующий раз, ты уже будешь одет в цвета Тукора. Из тебя получится отличный солдат, вот увидишь!

Дэл улыбнулся, глядя на Оррина, своего хозяина и названного отца. В его карих глазах читались благодарность и тревога, но в то же время, благодаря словам Оррина и Шаски, он был полон решимости.

«Все будет хорошо», – убеждала себя Шаска, когда они подняли чашки.

— Ну что ж, – сказал Оррин, допивая вино. – Надо убрать со стола. Лорд Куинтан хотел осмотреть новобранцев, но вряд ли он станет задерживаться. – Он повернулся к дочери. – Жди нас и проследи, чтобы рагу не остыло. И не вздумай его испортить, как бы ни хотелось.