Книга Небесный всадник. Том 1, страница 80 – Кирико Кири

Не нравится мне она… или я может делаю что-то не то? Я подумал…

И поклонился. Не глубоко, но так, ради приличия.

— Очень приятно, леди Нойхельйская.

— Мы не кланяемся друг другу, — сразу предупредила Серафина. — Мы здесь все равны вне зависимости от происхождения и статуса.

— Эм… ну ладно, хорошо.

Каталина так и не ответила, просто продолжала сверлить меня взглядом. Ладно, ну и хрен с тобой.

— Это, — Серафина указала на другую подошедшую девушку, — Лорейн Альберон, она магистрина.

— А магистрина это… — протянул я.

— Мой профиль — магия, — пояснила Лорейн. — Магическая атака, поддержка, защита, исцеление, хотя всё же атака мой основной профиль.

— Как ведьма?

Я буквально увидел, как поморщилась Каталина, и как бросила взгляд на Лорейн девчонка с хлопающими глазами. Видно, косяка сказал сейчас.

— Да, но ведьма — это более грубая форма. Как солдат и солдафон, например, — спокойно ответила она, не изменившись в лице.

— Прости, я…

Она лишь покачала головой и слегка махнула рукой, типа не бери в голову.

— И последняя…

— Опять я последняя… — проворчала девушка.

— Флория Дергиз. Наша лучница.

— Лучница — это кто… — начала уже было девушка объяснять, но я успел её опередить. Я всё же не настолько дебил.

— Я знаю, кто такие лучницы.

— А, да? Ну ладно… — пожала Флория плечами, видимо, расстроившись, что я не дебил. — А ты что умеешь?

— Ну я…

А я нихрена не умею. Не рассказывать же, как я в доте раскатываю в катках народ и хэдшоты в КС-ке ставлю, верно? Что я умею… ну вот ездить на мотоцикле умею, развозить товары умею, умею быстро бегать, умею, как выяснилось, хорошо считать. Но из боевого… ну я кусаюсь больно. Это пойдёт?

— Сам-Сон у нас счетовод, — положила мне на плечо ладонь Серафина. Чё ж у неё рука такая тяжёлая… — К сожалению, боевому мастерству, как я понимаю, не обучен.

— Совсем? — нахмурилась Каталина.

— Да, совсем, я права?

— Ну… да… — согласился я нехотя.

— Поэтому, думаю, нам предстоит немного обучить парня и дать понять, каково это — быть всадницей, а после он уже даст нам ответ, согласен он или нет.

— Кстати об этом… — произнёс я неуверенно. — Допустим, я откажусь. Что тогда?

— Тогда мы тебя отпустим, — спокойно ответила она.

Вот именно это меня и волнует. Отпустят как, с вершины башни или просто?

— А если точнее? Я не согласился, и что дальше, могу просто уйти?

— Думаю, уйти тебе уже не дадут, — честно призналась Серафина. — Ты понимаешь, насколько ты ценен? — я кивнул, может я и дуркую иногда по приколу, но не дурак. — Тебя не отпустят, Сам-Сон. Попытаешься уйти далеко, и, скорее всего, ситуация будет по принципу не достался нам, не достанешься никому. Твоя тайна или остаётся здесь, или умирает вместе с тобой.

Короче, как я и говорил, таким кадром делиться не будут.

— Значит, или смерть, или с вами? — подытожил я тусклым голосом.

— Нет, как я и сказала, ты будешь свободен, но в определённых границах. И нет, не думай, что тебя бросят, Сам-Сон, на произвол судьбы. Мы все, — обвела она присутствующих рукой, — из благородных семей. Мы цвет нации, мы её символ, один из столпов империи и гарант её будущего. Мы все благородные…

— А я нет, — подытожил я.

— Именно. А ты нет. Но станешь. В любом случае при любом раскладе и выборе станешь. Захочешь уйти — тебя не обидят и не бросят на произвол голодной судьбы. У тебя будет и дом, и деньги. Останешься — аналогично.