Книга Ватага. Атаман, страница 326 – Александр Прозоров, Андрей Посняков

Так может быть, именно так… А может и не быть, ведь никакого предвиденья нынче на Егора не накатывало – значит, можно противостоять западне, можно!

— Ты иди, Горшеня, – кивком поблагодарив парня за службу, Егор подозвал слугу – выпроводить двойника через задний двор, чтоб никто не видел.

Яндыз сверкнул карими очами:

— Веришь ему? Думаешь, не врет?

— А зачем ему врать? – пожал плечами князь. – Какой смысл-то? Да и странно б было, чтоб никто на богатое «посольство» напасть не попытался!

— Ш-шайтан!!! – не выдержав, выругался царевич. – Попробовал бы кто при отце моем напасть! Эх, худые времена на дворе, князь Егор, худые!

Вожников кашлянул: кто б печалился! Для Орды – да, времена нехорошие, так татарам и надо – самое время ударить, чего уж тут говорить.

— Обозника того, может, пытать? – Яндыз покосился на завешенную ворсистым ковром стену и понизил голос до шепота: – Как его… Карася Тимоху.

— Можно и пытать, – поерзав на широкой лавке, Егор потянулся к стоявшему на низеньком столике недопитому кубку – вино у хозяина караван-сарая Каюма оказалось превосходным. Интересно, сам он его пьет или так, для важных гостей только держит?

— Можно и пытать, – выпив, промолвил князь. – Ну, вызнаем что-то… И что? Думаешь, не нападут?

— Нападут! – уверенно бросил царевич. – Всенепременно.

— Вот и я о том. – Поднявшись с лавки, Вожников прошелся по узенькой гостевой комнате, располагавшейся в дальнем крыле дома и, вообще-то, предназначавшейся для слуг… но сейчас используемой князем для приватной беседы: в покоях для важных гостей вполне могли быть «уши».

— Ты, друже Яндыз, здешние места хорошо знаешь… вот скажи – где удобней напасть? А мы помозгуем.

На следующий день, столь же ясный и солнечный, как и предыдущий, «посольство» двинулось в путь с солидным опозданием – сначала долго меняли постромки у передней лошади, а затем лопнули полозья сразу у двух саней. Пока ремонтировали да меняли, прошло около пары часов, так что на ночлег стали еще не дойдя до утесов, расположившись прямо на берегу и выставив надежную стражу. Место для ночлега князь Хряжский, вняв настойчивому совету Егора, выбрал самое что ни на есть удачное – на возвышении, откуда и степь и река – как на ладони, да еще воины (посланные тем же Егором), устроив во льду проруби, облили склоны холма водою – причем делали это не торопясь, вдумчиво и долго, так что все, кому интересно, могли за их занятием наблюдать – даже издалека, хоть во-он из тех кусточков, что разрослись узкой полоской вдоль противоположного бережка.

— Плакучие ивы, – поглядывая на потрясающе красивый золотисто-алый закат, ностальгически улыбнулся Вожников. – А нам все равно, а нам все равно, хоть боимся мы волка и сову…

— Какую сову, князь? – недоуменно обернулся орясина Хряжский.

Здоровущий, в богатом, накинутом поверх теплого кафтана, плаще и бобровой шапке, он чем-то напоминал Егору портрет типичного феодала из старого учебника истории. Этакий угнетатель крестьян, тиран и деспот.

— Да никакую сову, – молодой человек улыбнулся в ответ со всей возможной искренностью. – Просто вспомнилось вот кое-что.

Хряжский неожиданно хохотнул:

— И мне вспомнилось! Как-то, отроками ишо, девок мы по таким ивнякам ловили.

— То не ивняк, князь – ракитник, – усмехнулся подъехавший ближе царевич. – Насчет пушек я распорядился уже.