Книга Ватага. Атаман, страница 388 – Александр Прозоров, Андрей Посняков

— Давай, Фабио, давай, ищи быстрее, – Марко живо повернул голову к третьему своему спутнику. – Луиджи! Ну, как там?

— Уже почти договорился, сейчас откроют.

— Что там нужно? Денег? Так я дам.

Минут через десять все четверо уже сидели за дубовым столиком в харчевне под названием «У фонтана». Действительно, чего ради с названием мудрствовать – фонтан-то вот он, рядом.

Распив кувшинчик вина, заказали мягкие лепешки с оливками и сыром, да жареной – только что с вертела – рыбки.

— Ах, синьор Джегоро, – витийствовал с кружкой в руке молодой Гизольфи. – Вы поистине человек благородный… хоть и наемник, но все же – старший десятник. Как вы сказали, ваше урожденное звание?

— Из детей боярских мы.

— Это как?

— Ближе к барону.

— Вот! А что я говорю – благородного человека сразу видно.

— Ну и вы мне помогли, не бросили.

— А как же! Мы же тоже не простолюдины, верно, парни!

Луиджи и Фабио громко засмеялись над шуткой. Говорили на смеси языков: итальянского, татарского, русского, который немного знал и Марко, но лучше, конечно, татарский – ведь город стоял в окружении ордынских земель.

Так вот и познакомились заозерский князь Егор Вожников под видом наемника-кондотьера и юный наследник богатого и влиятельного рода Гизольфи. Оказавшийся остроумным и веселым собеседником князь снискал расположение молодых людей довольно быстро, и даже уже обещал обучить Марко кулачному бою.

— Да, это было бы неплохо, – закивал юный Гизольфи.

Уговорились встретиться завтра, после утреннего развода на башню, где-нибудь на пустыре – потренироваться. Так вот и завязалась дружба.

А тем временем довольно далеко от Кафы, в Новом Сарае, больше известном под арабским именем Сарай-ал-Джедид, происходили грандиозные не только по местным меркам события, включавшие в себя возвращение победоносного, разбившего проклятого узурпатора Джелал-ад-Дина, войска, поминки и горевание по погибшему славной боевой смертью хану Пулат-Темюру – Булату и бурное празднование восшествия на ордынский трон нового хана – Темюра. Всем, конечно, было ясно – кто посадил на трон сего скромного с виду молодого мирзу, сын Темюр-Кутлуга. Конечно же, местный «делатель королей», старый эмир Едигей – никто в этом и не сомневался, как не сомневались и в том, что новый хан будет послушно исполнять эмирскую волю. А как иначе? Иначе нельзя.

Все так думали. А вот скромник Темюр-хан считал совершенно иначе. Правда, пока никому не говорил о своих тайных желаниях – не время было. Не говорил. А вот действовать уже начал, первым делом пригласив на очередной пир русских – молодого, но уже сильного и влиятельного правителя Заозерья и московского воеводу князя Ивана Хряжского. Войска-то у них много… Джелал-ад-Дина разбили – молодцы. Только зачем уходить-то… Нет, нет, торопиться не надо.

— Торопиться не надо, вах! Я дело говорю, отдыхайте! До зимы подождете – а там по льду, по снежку – и домой. Что, вас из Орды гонит кто?

Новый татарский хан «князю Егору», скорей, нравился – скромный и учтивый молодой человек, вовсе не буйный, как покойный Булат-Пулат, лицо у Темюр-хана приятное, белое, бородка узенькая, волосы черные, с рыжеватинкой, глаза большие, как у вола – ни за что не скажешь, что татарин. Да и ведет себя – сама любезность. Даже сейчас, в отсутствие эмира Едигея, положение свое высокое не выпячивает, пир, вон, устроил – погибшего хана добром поминает, да «Егору» с князюшкой Хряжским клянется в преданности. Говорит витиевато, но складно, речь словно ручеек льется, улыбается великий хан все время, можно подумать, не союзников принимает, а самых закадычных друзей!