Онлайн книга «Ватага. Атаман»
|
— Эх, скоро сойдет ледок, – мечтательно прикрыв глаза, протянул Федька. – Уж наедимся рыбки. Егор скосил глаза: — Что, Федя, проголодался? — Угу, – кивнул отрок. – Любую рыбку так бы сейчас и съел – даже костлявого окуня. — Ишь ты – окунь для тебя уж и не рыба? — А что, рыба, что ль? Рыба – это стерлядь, осетр, форелька… налим тоже ничего бывает, особливо – печенка, умм! Ничо, вскроется озеро – ушицы наварим! А еще ближе к лету и перепелов поесть можно. Ну, гад мелкий! Далась ему эта еда. Больше что, и поговорить не о чем? — Слышь, малой, – повернул голову Вожников. – А ты грамоту знаешь? — Откуда?! – удивленно откликнулся отрок. – Я что – купец или монах? — А хочешь, тебя научу? Федька вдруг расхохотался, да так звонко, что спугнул стайку прыгавших на заборе пичуг: — Ой, скажешь, Егоре! Все шутишь, а ведь грамоты-то и сам не ведаешь. — Чего это не ведаю-то? – обиделся молодой человек. – С чего ты взял? — Дак ты, не обижайся только, и говорить-то толком не говоришь – все как-то не очень понятно, потом сиди, думай – что и сказал? А тут – грамота! Егор растерянно моргнул, даже не зная, что сказать в ответ. Так ничего и не сказал, не придумал, да и не успел – за деревьями послышались чьи-то веселые голоса, хохот. — Наши идут! – резво вскочил на ноги Федька. – Радуются чему-то, верно, удачно сходили. — Эй, православные! – еще не дойдя до изгороди, заорал Антип. – Банька-то как? — Топится. — Федька, растопляй печь. Серебра не добыли нынче, одначе дичи запромыслили изрядно. — Вот то дело, дядько Антип! Вот то дело. Пара рябчиков, глухарь, еще какие-то мелкие птицы, ох, гляди-ко – и заяц! Есть не переесть. — Как бы не стухло только. — Не стухнет, с озера лед добудем – положим. Чего, Егор, варить – рябчика? — Можно и рябчика. Соль еще осталась. — Еще кореньев добудем, в похлебку сунем – вкусно! – подал голос разматывавший мокрую обмотку Окунев Линь – мужик лет тридцати пяти, борода кудряшками, веселый. Дружок его, Иван Карбасов, щурясь от солнышка, довольно смеялся. Вожников кивнул на дрова: — Мы тут тоже время зря не теряли. Как у вас-то прошло, кроме дичи? Рассказывайте! — Сейчас, – отмахнулся Антип. – Поснидаем – расскажем. Пока-то да се, покуда посушились, отдохнули чуток с дороги, тут и похлебка поспела – пахучая, жирная. Вытащили котелок из печи, на пень большой во дворе поставили, Чугреев – как старшой – махнул рукой: — Налетай, робята. «Робята» не замедлили налететь и споро заработали ложками. Сначала, как и принято – выхлебали бульон, а уж опосля, опять же, по команде старшого, занялись мясом. — Ухх, – не выдержал Федька. – И фуфло фэ кфыфыфко! — Чего-чего? – изумился Егор. – Кто тут фуфло? — Говорю, и вкусно же крылышко! – прожевав, пояснил отрок. Окунев Линь улыбнулся: — Да уж, вкусно. — Так как прошло-то? – повернувшись к Антипу, нетерпеливо спросил Вожников. — Да так, – степенно облизав ложку, старшой сунул ее за пояс. – Местечки надежные заприметили, в одном – там орешник густой – посидели даже, думали, может, да пройдет-проедет кто. Не! Зря надеялись – сыровато еще везде, бездорожно, разве что на холмах токмо. А вот на обратном пути, на борах, на дичину нарвались. Уж теряться не стали! — Молодцы! Линь Окунев отбросил к забору только что со всем смаком обглоданную косточку: |