Онлайн книга «Властелин Руси»
|
— Рад видеть тебя, Аскольд-князь, — громко, по-славянски, произнес Хельги. — Я вижу, у тебя много хороших воинов. — Здрав будь, Олег, — так же по-славянски отвечал Хаскульд. — И я рад тебе. Князья обнялись, и пронеслись над Днепром, затихая, ликующие крики толпы. — Дирмунд-конунг приболел малость, — понизив голос, пояснил киевский князь. — Лихоманка скрутила, третьего дня, воздыхая, поехал на святилище к Роси-реке, просить у богов здоровья. Думал к твоему приезду вернуться, да вот, не успел, видно. — За Дирмундом особый присмотр требуется, — еще тише напомнил ярл. Хаскульд понимающе усмехнулся: — Я знаю. Хельги был напряжен, хоть и не показывал этого. Став новгородским князем, он вынужден был оправдать чаяния богатых купцов и дружины — объявить дальний поход на Царьград — за славою, за богатством, за честью. С радостью восприняла эту весть дружина, а вот ярл — с грустью и тяжелым сердцем. Тем более что как-то уж слишком вовремя пристатились и киевские послы — позвали идти на Царьград совместно с киевским князем. С болью в душе покинул Хельги Новгород и Ладогу, оставив вместо себя Ирландца, который наверняка сумеет разглядеть все интриги в зародыше и быстро подавить их, особо не стесняясь в средствах. По крайней мере, за тыл можно быть более-менее уверенным. Ежели что, Конхобар с Найденом наведут порядок, для того имеется у них ополчение — часть младшей дружины. Хоть и очень не хотели оставаться отроки, а все ж пришлось — никуда не денешься против княжьего слова. Да и не должно быть никаких особых волнений ни в Новгороде — ярл не забывал о поддержке влиятельного боярина Всетислава, — ни уж тем более в Ладоге, где авторитет Хельги недосягаемо высок. И все равно что-то томило душу… А может быть, ярл просто скучал? По Сельме с дочками… и по Ладиславе… — Они явились, мой князь! — Выбежав в просторную, выстроенную на берегу Роси-реки, напротив капища, избу, посланец — молодой длинноносый парень с костяным ожерельем волхва — бросился на колени перед Дирмундом. Князь пожевал рыжеватый ус, вскинув глаза, окатил вздрогнувшего волхва чернотою: — Явились? Что ж… Все идет, как задумано. Походив немного по горнице, он задумчиво посмотрел на не смеющего подняться с колен посланца. Поинтересовался, как идут дела в новом капище у самых порогов. — Не знаю, мой повелитель, — опустив голову, честно признался волхв. — Путь туда не близок, а гонцов давненько уж не было у Вельведа. — Я заставлю Вельведа самого бежать к порогам! — в ярости воскликнул Дирмунд. — Как это — нет вестей? Немедленно узнать! Посланник стукнулся лбом в пол, залепетал в страхе: — Исполню, все исполню, о мой князь… хоть и далек путь, да… — Далек путь, — чуть успокоившись, усмехнулся Дирмунд. — И в самом деле — далек. Впрочем, думаю, Лейв с Истомой там все устроят как надо. Эх, хоть бы кто-нибудь из них был в Киеве! Нельзя: Лейв — сила, Истома — ум. Только в паре и могут работать. Хорошо, хоть есть еще Вельвед с его волхвами да корчмарь Мечислав… Эй, парень, а ну, поднимись-ка с колен! Вставай, вставай… Подойди к окну? Ты облакогонитель? Дирмунд внимательно рассматривал молодого волхва. Длинный, весь какой-то нескладный, носатый, с реденькой узкой бородкой, он явно не производил впечатления солидного человека. Да то и не надо было друиду, вовсе — не то, другое… совсем другое. |