Книга Вещий князь: Сын ярла. Первый поход. Из варяг в хазары. Черный престол, страница 371 – Андрей Посняков

— Хорошо бы наняться к кому-нибудь на службу, хотя бы до весны, – в который раз уже повторил Альв, и все – тоже в который уже раз – дружно кивнули. Понимали – обратный путь им в этом году не светит. Близилась зима, реки встанут. Можно, правда, и по льду… Но волочиться по холоду в санях не было особой охоты. Лучше уж по весне, ближе к лету, как задует попутный ветер, наполняя паруса ладей. А к этому времени можно и прикупить чего-нибудь – тканей, например, или драгоценной посуды – и серебришка подзаработать, нанявшись на службу к местному конунгу, кагану, как называл его кривой Авраам. Кроме кагана и его заместителя – каган-бека, были в Хазарии и обычные ярлы – вожди различных родов, тарханы. Вот такому-то тархану было бы неплохо предложить свои услуги.

— Плохо только, что мало нас, – посетовал Лейв.

— Мало? – возмутился Кошачий Глаз. – Да десяток викингов запросто брали Париж, стольный град лысого короля франков!

— Но, к сожалению, тут нет ни Парижа, ни лысого короля, – покачал седой головою Хакон. – Тут у них вообще не очень-то много городов, а те, что есть – и на города-то похожи только зимой, да, вот, поздней осенью. Как наступит весна, покроются травою степи – так только и видели в Итиле половину населения. Долго ль им собраться? Подпоясался, запряг лошадей в повозку, посадил семью, туда же шатер кинул да припасов на первое время – всего и делов. И кочуй себе вместе со своими табунами целое лето, а даже и больше – от ранней весны до первого снега, которого, иногда, кстати, и вообще может не быть.

— Да, лошадей у них много, – подтвердил Истома. – И каких лошадей! Возьмите себе на развод несколько.

— Он дело говорит, – посмотрев на Лейва, кивнул Хакон. – Ближе к весне коней и прикупим. А пока надо искать ярла… или какого-нибудь богатого купца. Только вот нужны ли мы им сейчас? Я про купцов. Вряд ли кто из них отправится за товаром зимой… хотя, конечно, кто знает, как тут у них принято. Вообще-то все купцы обходятся в Итиле малой охраной. К чему, если есть городская стража?

— К чему, говорите? – неожиданно усмехнулся Истома Мозгляк. – Знаете поговорку про жареного петуха? Нет? Пока этот петух не клюнет, мужик не почешется.

— Причем тут петух, Истома? Мы не собираемся покупать никаких петухов, тем более, жареных!

— А вот притом. – Истома яростно зашептал что-то, временами сбиваясь и переходя на свой, славянский, язык. В такие моменты его слова переводил Альв, давно уже оценивший умственные способности приятеля.

Выслушав предложение Мозгляка, все повеселели. Выпили по кружке за успех и, подозвав хозяина двора, одноглазого Авраама, бывшего лодочника, как бы невзначай, за беседой, принялись выспрашивать его про итильских купцов. Мол, нет ли среди них кого-нибудь, на деньги скуповатого, но достаточно зажиточного, и такого, чтоб не было за него уж очень обидно кагану или шаду.

— Есть такой, – немного подумав, кивнул Авраам. – Ибузир бен Кубрат, старый скупердяй. Знавал я его еще с юности, их два тогда было соперника, Ибузир и еще один купец, Вергел. Они и посейчас друг друга не переносят, только времена изменились – дочка Вергела красавица Халиса стала женой самого каган-бека Завулона! Так что кусает теперь локти Ибузир, и поделом ему, скупердяю.

— Ибузир бен Кубрат, говоришь… – протянул Истома. – И где же искать его дом?