Книга Вещий князь: Сын ярла. Первый поход. Из варяг в хазары. Черный престол, страница 454 – Андрей Посняков

— Быстро к реке! – громко шепнул Хельги. – Никифор, ты останься. Мало ли что.

Бесшумно, словно тени, люди ярла скользнули между деревьями и затаились в темных зарослях ив.

А пара узких, низко сидящих в воде однодеревок, между тем, медленно подошла к одной из ладей.

— С миром к тебе, Игнатий-гость, – прозвучал над рекой чей-то приглушенный голос.

С ладьи тут же откликнулись, словно ждали:

— Мир и тебе, Харинтий. Привез ли товар?

— Обижаешь. Зря, что ли, плыл?

С ладьи послышался смех. Хельги собрался было подобраться поближе, да вовремя вспомнил про двух сторожей – на сосне и в кустах. Оглянулся на Снорри. Тот понял без слов – кивнул и, сбросив тунику, бесшумно нырнул в воду. Теперь оставалось только ждать его возвращения – Хельги и Ирландцу с их убежища были видны лишь расплывчатые, шатающиеся по лодке, тени. И это еще хорошо, что ночь выдалась ясной.

— Что будем делать, если Ладия там? – поинтересовался Ирландец.

— Будем брать, – пожал плечами ярл. – Если они поставят парус – вряд ли мы их догоним берегом.

Ирландец кивнул и положил руку на колчан. Он не очень любил пользоваться мечом, не было у него такой, воспитанной с самого детства, сноровки, как у Хельги и Снорри, поэтому бывший друид предпочитал кинжал и стрелы. По той же причине бывший раб Никифор отдавал предпочтение праще, хотя, казалось бы, уж совсем детское оружие, однако в умелых руках…

— Где у нас острога, Харинтий? – неожиданно спросили в лодке. Одна из теней задержалась у борта ладьи, что-то буркнула.

— Да нету там, я смотрел.

— Так на носу поищи, далась тебе она на ночь глядя!

— Так рыба ж! Вон, плеснула, у самой лодки. Здоровенная!

Вся эта беседа была хорошо слышна на берегу, словно говорили где-то здесь, рядом.

Хельги переглянулся с Ирландцем. Рыба? Не Снорри ли был этой рыбой? А вдруг этот безымянный собеседник Харинтия найдет-таки острогу? Как бы тогда не пришлось худо Снорри.

— Иди к Никифору, Конхобар. Пошумите там, да смотрите, осторожнее. – Ярл положил руку на плечо Ирландцу.

— Сделаем, – кивнул тот и исчез за деревьями.

— Вон она, вон! Под лодкой! – заорали с реки. – Бей, Тихомир, бей! Да бей же, уйдет!

Послышался шумный всплеск, затем чей-то хохот.

— Вы можете не орать, а? – недовольно пробурчал кто-то, видимо, сам Харинтий. – Не то схлопочете по шеям оба. Рыбаки, шило вам в задницу.

— Удачно ли продал, Харинтий?

— А ты как думал?

— А чего тех двоих не взял, забыл, что ли?

— Не твоего ума дела. Давайте быстро, отплываем.

— Так, может, сначала рыбу? Вон она, играет… Сейчас мы ее, в три руки… Мы с Харинтием острогой, а ты, Тиша, веслом тресни… И – рраз… И…

В этот момент с вершины сосны громко закричала какая-то птица.

— Сматывайся, Харинтий! – закричали с ладьи. – Мой человек знак подает, знать – чужие.

— Отчаливаем, ребята! Бросайте свою рыбу…

Снова плеснула вода, и весла с шумом вспенили воду. Они отошли почти разом – однодеревки людокрада Харинтия Гуся и ладьи Игнатия Евпатора. Однодеревки быстро убрались прочь, а купеческие ладьи остановились на середине. Было слышно, как звякнуло огниво, и над черной водой затрепетало желтое пламя. Свеча или небольшой факел. Кто-то – возможно, сам купец – загородил огонь полой плаща. Подождал немного, затем открыл. И так три раза.

— Условный знак, – передернул мокрыми плечами выбравшийся из воды Снорри. – Ответим, ярл?