Книга Тевтонский Лев. Золото галлов. Мятежники, страница 307 – Андрей Посняков

— Как грек? Да неужели?

— Именно так богатые греки и ходят, а вслед за ними – и римляне. И всегда ходили, вот, хоть Александра Македонского взять. Вам бы, мой господин, еще и завить локоны…

Беторикс едва удержался, чтоб не двинуть слишком уж навязчивого продавца-консультанта в смазливую морду, но, подумав, одобрительно хлопнул того по плечу. Впрочем, хлопнул довольно сильно – бедолага аж присел.

— Ладно, уговорил. Где тут поблизости цирюльник?

— Недалеко. Мой господин… Если что – могу все устроить.

— Ну… устрой.

Дупондий в подставленную ладонь… Еще один.

— Так я кликну служек, мой господин?

Недолго и провозились, часа два от силы, ну, может – три. Денежки при себе имелись, а ушлые представители римской сферы услуг (в большинстве – «продвинутые» вольнотпущенники, римским гражданам – даже полным отстойным беднякам-нищебродам – торговать было зазорно, куда лучше выпрашивать у сената подачки) дело свое знали прекрасно.

Примерно в одиннадцать пополудни – а по римским меркам, в пятом часу утра – богатый молодой человек из провинции (в модном «эллинском» прикиде, с завитыми локонами и в шляпе) в сопровождении услужливого слуги важно шествовал по виа Сакра от Тарпейской скалы к Римскому форуму – там всегда прогуливались зеваки. Беторикс, к слову, гулял не зря – знал, кого там можно как раз сейчас встретить. Высматривал, можно сказать, во все глаза нужного человечка. Глаза, однако, не помогли, помогли уши.

— Ах, посмотрите на ту статую – Аполлон, чистый Аполлон! Ах, ах, жаль что она не продается. Я бы купила, ну, честное слово, купила, вы не подумайте.

Она, она! Чем-то похожая на победительницу соцсоревнования среди доярок (однако вовсе не дура, впрочем, и среди доярок дуры попадались не чаще, чем среди лощеных столичных штучек), по улице в сопровождении вооруженных зонтиками от солнца негров, прогуливалась от портика к портику Лесбия, очень нужная сейчас гладиатору… и слегка знакомая. И это хорошо, что слегка.

О, какой грациозный он отвесил поклон, едва только встретился с матроной взглядом! Как поведал знающий много местных сплетен Венуций, любовница пресловутого трибуна Марка Целия Руфа Лесбия приходилась какой-то родственницей – говорили, что чуть ли даже не сестрой – тому самому Клодию, в убийстве которого и обвиняли Милона. Какие уж там были отношения у братца с сестрой, одни эллинские боги ведают, однако к Милону Лесбия, по словам все той же синеглазки, относилась довольно сухо, грубо говоря – вообще едва терпела. Чем и решил воспользоваться Галльский Вепрь, справедливо полагая, что в таком наряде его не узнает и сам черт… или кто тут вместо него? Юпитер? Нептун? Бахус?

Сам, конечно, не подошел – невежливо – подослал «слугу».

— Мой господин приезжий и осмелится спросить у вас, любезнейшая госпожа, дорогу…

О! Лесбия соизволила улыбнуться! Этакий красавец стоит, в полном боевом раскрасе, сиречь – в наимоднейшем прикиде, сразу видно – денежки водятся да и вообще, поговорить есть о чем.

— Твой хозяин что же – эллин?

— Из Массилии, наикрасивейшая госпожа.

— Эллин из Массилии… что ж – тоже ничего. То-то я и смотрю – у тебя акцент какой-то странный.

Оп! Глазки-стрелочки – пильк-пильк! Беторикс быстренько приосанился – павлин! Чистый павлин в брачный период.