Онлайн книга «Тевтонский Лев»
|
— Ха! Лодки ему… Слышали? Возблагодари богов за то, что есть. Было что-то нечеловеческое, колдовское в этом походе обнаженных воинов по черной воде средь струящегося тумана и отраженных звезд. Время от времени кто-то оступался, падал, впрочем, старались не шуметь и не брызгаться. Впереди вдруг выросла гора — поросшая лесом скала. Мыс обходили долго, точнее, его пришлось огибать вплавь: глубина здесь оказалась большая, дна не достать. — Сейчас бы пива да с жареным хлебом! — догнав вождя, негромко произнес Эпоред. — Выпил бы, кажется, целую бочку! — Перед тобой целое озеро — пей! — усмехнулся Беторикс. — Ага, озеро. — Кудрявый десятник скривился. — Нет, правда, в крепости сразу же зайдем в харчевню. Она ведь там есть? — Говорят, есть, — усмехнулся Беторикс. — Да точно есть, — оглянувшись, заверил Бривас. — Уж я-то знаю. Принесем в жертву Цернунну пленного, а уж затем можно и выпить! — Выпить-то можно. — Вождь кивнул. — Только вот хватит ли у тебя денег? — Да хватит, — беспечно рассмеялся дубинщик. — У меня еще два статера и целая горсть денариев. Беторикс усмехнулся. Названия монет галлы позаимствовали у более культурных народов, зато чеканили деньги сами, в каждом племени, и любой зажиточный человек имел право этим заниматься — было бы из чего. Золотые монеты делались по образцу статеров из греческого города Массилии, серебряные — римских денариев. Вот только изображения на них наносили свои, и чего там только не было! Какие-то странные косматые морды, лошади, мечи, кабаны, узоры… — А? — Вождь на ходу обернулся. — Ты что-то спросил, Эпоред? — Говорю, что-то наш пленник слишком уж развеселился. Идет, насвистывает. — Так, видно, рад, что спала жара. — А может, морду ему набить, чтоб не свистел зря? Беду еще какую-нибудь насвищет. — Морды будем после бить, — не выдержав, рассмеялся Беторикс. — Кстати, у него на запястье кошель, как у всех легионеров принято. — Кудрявый десятник все не унимался, с явной неприязнью поглядывая на центуриона, шагавшего чуть позади под присмотром бдительного Дугена. Действительно, римлянин шествовал с таким гордым видом, будто это не его, а он взял в плен целый отряд галлов! — Надо его проучить, прежде чем принести в жертву. Гордый больно! К тому же ничего интересного не рассказал, о Восьмом легионе мы и без него знаем. Слушай, дружище Беторикс, а может, нам вовсе не приносить его в жертву? — Как это — не приносить? — рассердился вождь. — Думай, что мелешь! — Да ты не ругайся, а выслушай, дело ведь предлагаю. — Какое дело! — А вот какое! — Десятник уже мутил ногами воду рядом и говорил уверенно, пусть и вполголоса, видать, надеялся на поддержку. — Ты сам сказал, что мы можем его обменять, так? — Ну, так, — осторожно кивнул Беторикс. — На кого-нибудь из наших. — А если на две большие бочки с пивом?! Идущие позади воины при этих словах одобрительно загалдели. — Огромные такие бочки, — громко уточнил Эпоред. — Дубовые, с железными обручами. Вождь усмехнулся: — У римлян не бочки, а амфоры, и пьют они не пиво, а вино. Вино же, как ты сам понимаешь, любезнейший Эпоред, настоящему воину пить противно. — Да уж, да уж, — обернулся Бривас. — Вино для изнеженных женщин. — Что бы вы понимали! — Эпоред обиженно отмахнулся. — Ну, не на вино, так на пиво бы обменяли, а? А я бы за это… ну, договорились бы. |