Онлайн книга «Генерал-майор»
|
Ах, какими злорадными взглядами провожали Давыдова свитские! Особенно тот ротмистр… Впрочем, и остальные были хороши. Вот ведь собрались, гадюки! Сплелись в клубок. * * * Местные, так сказать, светское общество, не то чтобы выслуживались, но все же стремились выказать полную свою лояльность новой власти, причем желание это частенько вступало в противоречие с некою великопольской фрондой, этаким тяготением к старинным вольностям Речи Посполитой, к своеволию магнатов и шляхты, к парламенту – сейму. Император Александр Павлович о подобных настроениях новых своих подданных был прекрасно осведомлен и старался действовать так, чтобы сделать политическое положение будущего Царства Польского в составе Российской империи… как можно более комфортным? Нет, пожалуй, как можно менее болезненным. Предосторожность вовсе не лишняя, зная склонность поляков к бунту. Как бы то ни было, а в обществе давали балы, приглашали русских офицеров… Позвали и Дениса. Прознали, и как-то раз один весьма небедный и влиятельный в определенных кругах господин, владелец парочки особняков в Варшаве и поместий под Белостоком и нескольких ткацких мануфактур в Лодзи, самолично нанес визит пану генерал-майору. Звали его Яцек Хвороцкий. Чуть сутуловатый, высокий, по сложению, скорей, сухопарый, с длинным вытянутым лицом и породистым, с небольшой горбинкой носом, сей ясновельможный пан, по слухам, был близок к Яну Домбровскому, бывшем фрондеру и «рэволюционэру», этакому господину «эгалите», отдавшему свою шпагу Наполеону… и после поражения последнего обласканному императором Александром. Русский государь имел насчет Добмровского далеко идущие планы… Значит, и пан Хвороцкий нынче был на коне. — Обязательно приходите, уважаемый пан Давидов, прошу пана, прошу! – Свидетельствуя свое полное почтение, Хвороцкий лично пригласил Дениса на бал. – Знаете, будет общество, важные господа, офицеры… Ну и дамы, конечно. Куда же без них? Конечно же Денис согласился, не кочевряжился даже и для виду. Войти в местный свет, познакомиться… с чего-то начать. Парадная зала в варшавском особняке Хвороцкого блистала огнями десятков свечей. Оркестр играл полонез, нарядно одетые дамы и господа танцевали, играли в карты, конечно же, отдавали должное яствам и вину, предоставленным хлебосольным хозяином. Кроме Дениса Васильевича на балу присутствовало немало русских – офицеров и статских, чиновников из обеих канцелярий. Русские и шляхтичи уживались здесь достаточно мирно… пока преизрядно не выпили! А уж тогда зашумели и те, и другие. Кто-то вспомнил Речь Посполиту и великую Польшу от Балтийского моря до Черного. В ответ тут же припомнили Смуту и всех Лжедмитриев, и тут уж наступила очередь разделов страны и всяческого превозношения поляками Бонапарта, создавшего в составе своей империи Варшавское герцогство. Многие, очень многие из присутствовавших на балу поляков воевали за Наполеона… Взаимные обвинения звучали все громче и громче, по всему, дело шло к хорошей драке, несомненно, закончившейся бы дуэлями и прочим смертоубийством, что явно не способствовало бы политике умиротворения, благоразумно проводимой в Польше императором Александром. — Да мои предки, пся крев, били русинов под Оршей и под Смоленском… Да где только ни били! |