Онлайн книга «Генерал-майор»
|
— Ах, милый Денис… Они предались любви тут же, на оттоманке, отдаваясь друг другу взаимно и страстно. Давыдов бросился в омут плотской любви, словно в лобовую атаку, столь же неукротимо и яростно, но вместе с тем – и нежно… Данута стонала, извивалась, вскрикивала, закатывая глаза. Крепенькая тугая грудь ее теперь уже не казалась такой уж маленькой, тело же было – выше всяких похвал! Ну, может, талия слегка тонковата… Так это же вовсе не порок! — Денис! Мне очень понравилось, – развалившись на пледе, без всякого жеманства промолвила панночка. — Ты очень красивая! – Погладив ее по бедру, Денис улыбнулся. Девчонка прищурилась… Ах, эти ямочки! — Правда-правда? — Правда-правда! Красивая, да… И еще… Денис вдруг замолчал и с нежностью поцеловал Дануту в пупок. — Наверное, ты хотел спросить, где я потеряла девственность? – неожиданно засмеялась юная пани. Давыдов закашлялся… Подобной раскрепощенности он, признаться, не ожидал. — Так там же, в коллеже. — Так он же, ты говорила, девичий? — И что? – Панночка снова расхохоталась, уже куда громче. – Мальчишки же заходили… Один мне очень нравился, очень. Такой светловолосый, синеглазый, красивый… И однажды мы пошли в сад… Там, в саду, все и сделалось. Очень даже славно! Правда, отец Станислав, падре, заметил… Правда, тогда сразу не подошел… А потом долго смеялся! — Смеялся? – искренне изумился Денис. – Вот так падре! Данута сверкнула глазищами: — И что? Очень хороший человек наш падре Станислав! Читал нам лекции по древней истории, учил латыни. А по поводу… ну нашего… сказал так: ханжество, сказал, хуже всего. Любовь не такой уж и грех. Тем более его и замолить можно. — Так ты замолила? — Замолила. Падре Станислав лично меня исповедовал… И многому научил в любви! Вот ты, Денис, ведь был в Париже? — Ну, конечно, был! – рассмеялся, наконец, и Давыдов. Все же забавное вышло знакомство! И девчонка эта, Данута, забавная. Раскованная, как будто в двадцать первом веке живет. — Значит, был… И знаешь, что такое французская любовь? А ну-ка… Денис не стал отказываться – иначе б какой он был гусар? Тем более что девушка сама предложила… Расслабился, чего уж… Правда, не успел и оглянуться, как бойкая панночка оседлала его, словно доброго жеребца, запрыгала, задергалась, застонала… Что там она говорила про ханжество? Все правильно, самая жуткая вещь! — Ой, славно как, славно! Добже… Ты хороший любовник, Денис! — Да и ты… — Ты спрашивал меня о Франтишеке Новаке… — О ко-ом? — Ну, тот франт в желтом галстуке. — Ах, да! — Так вот он – мужеложец, содомит! — Вот так да-а! – Денис Васильевич по-настоящему удивился. – И что, вот прямо все об этом знают? — Ну-у… – Данута покусала губу. – Если и не знают наверняка, то догадываются. О, он хорошего рода, этот пан Новак! Его все знают, он везде вхож… Правда, говорят, богатства все промотал. Но кому какое дело, правда? — Правда-правда! — Дразнишься?! А ну-ка… Я вот сейчас тебя укушу! А ну-у-у… Ага… — Ой, ой! Отстань! Не кусайся, Дануся… Я вот тебя! — И что ты сделаешь? – девушка томно облизала губы. — Отшлепаю! Честное слово, отшлепаю. Честное гусарское слово… Сказано – сделано! Перевернув панночку на живот, Денис шлепнул ее по ягодицам… таким пухленьким, притягательным, славным… — Ну-у? – лукаво улыбнувшись, Данута подтянула коленки к животу, изогнулась, словно дикая кошка… – И что дальше? |