Книга Земля войны: Ведьма войны. Пропавшая ватага. Последняя победа, страница 294 – Александр Прозоров, Андрей Посняков

— Ужо всех напарю, ужо!

— Тьфу ты, скаженный! Угомонися, а? Нам, чай, пировать еще.

После баньки встречала на крыльце улыбающаяся хозяйка, Митаюки-нэ, в окружении красивейших, сверкающих глазками дев. Юная атаманша нынче надела длинное русское платье, да синий сарафан с маленькими золотыми пуговицами, на голове убрус сверкал жемчугом, а темные пышные волосы были заплетены в косу.

Каждого казака, начиная с атамана Егорова, Митаюки встречала низким поклоном, целовала в губы:

— Здравствуйте, гостюшки дорогие! Рады, что пожаловали. Прошу, прошу в хоромишки наши – отведать, что бог послал.

Бог послал щедро – длинный стол ломился от яств – да и «хоромишки» Иван оценил по достоинству: крепость сильная, на века сложенная, ненамного и хуже, чем Троицкий острог. По уму – так здесь, говоря на немецкий манер, сменный гарнизон держать нужно… хотя гарнизон здесь уже есть.

— Ах, мой дорогой друже, господин капитан! – поднимая золотой, искусно выделанный, кубок, смеялся немец Штраубе. – Позволь за тебя выпить! Да все выпьем! За здоровье нашего атамана…. Ура!!!

— Ура-а-а!!! – нестройным хором грянули казаки.

Атаман же не слишком радовался – думал. Да, гарнизон в крепости сей имеется… и вряд ли хоть кто-нибудь из здешних казаков так просто согласится вернуться обратно. Да и есть ли в этом смысл? Для них никакого, а вот для него, Ивана Егорова, для всех троицких казаков – огромный. Этак что же выходит – Матвей Серьга ныне почти что удельный князь? Ладно, не князь – боярин. В верности клянется рьяно, но по сути-то – сам по себе! Хорошо бы, конечно, здесь всех сменить – да ведь не пойдут, даже и по приказу – ослушаются, тут и думать нечего. А зачем самому же поднимать бунт? Не время покуда, не время. А с острогом этим, так или иначе, что-то делать придется. Как покойный государь Иоанн Васильевич с самовластными боярами поступал. Но это потом, и здесь все хорошенько обдумать надо. Пока же что-то на месте решить… А что решить? Позвать все ж таки здешних казаков? Нет, просто попросить с собой парочку-тройку… для последующего сопровождения груза – ядер, пуль, пороха. Сейчас ничего этого не давать – мол, и у самих только-только – пусть морем везут из Троицкого острога. Да-да, именно так и сделать… Пусть везут… в обмен на золото.

— Понял тебя, атамане, – задумчиво покивал Матвей Серьга. – Сказал – будет тебе злато – не унесешь. А казаков… вот Силантия с тобой отправлю, да еще племянник его, Кудеяр Ручеек, пойдет. Мы же здесь, как и прежде, острог да власть нашу русскую крепить буем! Да слово Божье язычникам диким нести… верно, отче Амвросий?

По окончанию пира, тех, кто еще не упился вусмерть, а хоть как-то держался, уводили в покои юные красавицы-девы с сияющим очами. Вот и атамана так же увели – и он от угощенья такого не отказался, правда, вскоре уснул.

А вот Митаюки не спала, да и мужу своему спать не давала – нет, с любовными ласками почти что не приставала, все больше расспрашивала, уточняла.

— Значит, Силантия дать решил, любый? Это верно… Человек он надежный, не подведет. Зелье пороховое да прочий огневой припас нужны нам очень, хорошо будет, ежели дадут.

— Дадут, никуда не денутся! Да и струг под припасы атаман обещал… струг тоже не помешает. У самих-то у них ныне корабль аглицкий – у впаденья в море Ямтанга стоит, большой, форсистый! На нем они и поплывут все – говорят, по морю корабль тот ходит очень уж быстро. И супротив ветра запросто может идти.