Книга Земля войны: Ведьма войны. Пропавшая ватага. Последняя победа, страница 340 – Александр Прозоров, Андрей Посняков

Выйдя на тропу, ведущую к очередному поселку, Митаюки уже собиралась объявить привал, дабы отправиться на разведку – как впереди внезапно послышался глухой перекатывающийся гром.

Путники невольно вскинули глаза к небу – но оно было чистым и солнечным, лишь с редкими мелкими облачками.

— Наши! – первым сообразил немец и махнул рукой сидящим в лодке сир-тя: – Гребите!

Воины послушно навалились на весла, челны рванули вперед.

— За мной! – оглянулась на уже расходящихся воинов Митаюки и резко ускорила шаг.

Разумеется, Ганс Штраубе, которому помогало течение, успел к месту схватки первым. Вылетев из-за мыса на полноводный прямой участок, украшенный тремя стругами, он вскинул пищаль и выстрелил над деревьями. Ведь в ратном деле решения принимаются быстро, и второпях его могли принять за врага – а попасть под залп картечи наемнику не улыбалось.

Но грохот ружья и белое пороховое облако сразу расставило все по своим местам – местные язычники огнестрела, по счастью, не знали.

Иван Егоров и Кондрат Чугреев вышли к воде, вгляделись – и расплылись в улыбках:

— Ганс! Капитан! Дружище! – Челны с ходу выскочили на берег почти на треть своей длины, и немец тут же попал в крепкие объятия ватажников: – Как ты, откуда? Один али со товарищи?!

В крепких руках Михейко Ослопа немец не то что ответить – вздохнуть не мог. Но когда огромный казак поставил его обратно на траву, поведал, потирая ребра:

— Встреч вам мы выступили. Я, да наша хитрющая Митаюки, Матвеева женка, да еще почти сотня дикарей местных обращенных, христиан честных.

— Помню, помню девицу, – недоверчиво прищурился атаман: – И как она? Чудила?

— Еще как, клянусь святой Бригитой! – рассмеялся Штраубе. – Мы ведь вроде как в разведку выступили, путь прощупать перед главным наступлением. Она же исхитрилась все поселки на пути нашем в веру Христову обратить, и они вроде как ноне союзники наши. Не с кем воевать, получается, такие дела, – развел руками наемник и подмигнул: – С добычей мы, знамо. Токмо подобрать ее по пути надобно будет. Бо в челноки малые не влезла.

Воевода хмыкнул, посмотрел на Кондрата. Бородач пожал плечами:

— Эта может. Истинно ведьма. Хитра, зар-раза! Даром, что обликом девка малая. Коли помогать решила, дело сладится.

— Берегом она с прочими сир-тя идет, и вот-вот появится! – предупредил Ганс Штраубе. – Вы их случайно не постреляйте.

— Михейко, упреди казаков, дабы с друзьями нашими не сцепились, – посмотрел на великана атаман.

Тот согласно кивнул и зашагал к краю площади.

Предупреждать никого не потребовалось. Митаюки, обогнав свой отряд на два десятка шагов, при виде казака так истошно завизжала:

— Осло-о-опушка!!! – что ее услышали во всех концах поселка. Чародейка кинулась на шею великана и повисла, поджав ноги и прижавшись щекой к щетине воина: – Как же я по вам по всем соскучилась!

Михейко невольно улыбнулся в ответ и осторожно, чтобы не сломать хрупкую красотку, обнял колдунью:

— Привет тебе, Митаюка… Давно не виделись… Ты как?

— Живем! – кратко сообщила девушка. – От Матвея тебе привет. Вспоминал часто.

— А Матвей как? – отпустил чародейку казак.

— В хлопотах весь муженек мой ненаглядный, – посетовала Митаюки. – В делах, заботах. Три острога на нем, хозяйство, рати большие. Тяжко ношу такую тянуть. Но про тебя вспоминал. Сказывал, самый могучий ты из всех, кого он видывал!