Книга Земля войны: Ведьма войны. Пропавшая ватага. Последняя победа, страница 404 – Александр Прозоров, Андрей Посняков

Ганс Штраубе очнулся на третий день, поймал творящую заговор ведьму за руку и блаженно застонал:

— Клянусь святой Бригитой, я знал… Рай, это место, где мы окажемся вдвоем, моя королева.

— Кажется, я преувеличила тяжесть твоих страданий, капитан, – улыбнулась Митаюки, не отнимая, однако, руки. – Если первые твои мысли не об исцелении, а о бабах, то за твое здоровье можно не беспокоиться.

— Мое сердце в твоих руках, королева! И раз оно здесь, его невозможно пробить в бою.

— Какое интересное защитное колдовство, – вскинула брови Митаюки. – Надо будет опробовать его надежность на нескольких воинах.

— Ты убиваешь меня, клянусь святой Бригитой! – застонал наемник, обмякая в подушках.

— У тебя найдется сразу три…

Договорить чародейка не смогла – снаружи громыхнуло било, послышались тревожные и радостные голоса.

— Матвей вернулся! – выдохнула девушка и метнулась из светелки, оставив поклонника с наедине грустью и тремя безропотными наложницами.

Черная ведьма промчалась вниз по лестнице, вылетела из ворот, через подъемный мост, со всех ног добежала до песчаного пляжа, к которому приткнулись плоты, и кинулась мужу на шею, покрывая лицо жаркими поцелуями:

— Матвей, родненький мой, ненаглядный, желанный мой… Вернулся… Вернулся… Цел… Жив, здоров… Цел…

Она вскользь задержалась взглядом на стоящем чуть поодаль Нахнат-хайде – но это мгновение пообещало бывшему шаману куда более, нежели могли дать все боги и духи Я-мала, вместе взятые.

Митаюки потащила атамана за собой, в острог и тут же наверх, в покои, захлопнув дверь – и перед оной тут же встал на страже широкоплечий невозмутимый Вэсако-няр.

Что творилось в опочивальне и просторной атаманской горнице – осталось неведомо. Вестимо – хозяйка угощала своего мужчину свежими настойками, копченым мясом и тушеной рыбой, переодевала в свежие одежды и вела беседы о погоде и добычливости озерных ловов. И потратили на обсуждение насущных хозяйственных вопросов атаман с атаманшей не менее полутора часов – после чего Митаюки-нэ вышла слегка растрепанная, заметно посвежевшая, в хорошем настроении и сразу в дверях распорядилась:

— Сай-Меени! Бегом на кухню! Пусть растапливают печи, открывают амбары. Сегодня дозволяю тратить без счета любые припасы, какие только стряпухам заблагорассудится. Но чтобы через два часа в баню были брага, пиво и рыба соленая доставлены! Также мясо копченое и прочее острое баловство, а к вечеру чтобы пир был готов достойный, с блюдами изысканными для меня с супругом, и вкусными, да сытными для всех остальных. Вэсако-няр! Столы во дворе ставьте, бочки с хмельными напитками заранее выкатывайте. Стражу крепкую из местных отбери, каковые к походу ратному не поспели. Им гулять не с чего, пусть за порядком следят и драки разнимают. Надеюсь, баню затопить кто-нибудь догадался?

Ответом было опасливое молчание слуг.

— Ладно, пойду сама проверю, – жестом отпустила молодых людей прислужница смерти.

Баню, по счастью, дворня затопить догадалась. То ли слуги уже запомнили привычки белокожих иноземцев, то ли кто из казаков успел распорядиться. Тем не менее хозяйка вошла внутрь, убедилась, что очаг горит жарко, а котлы и бочки полны водой, что в достатке лежат на лавках и шайки, и веники, что стол чист, а пол хорошенько выметен, и только после этого вышла наружу.