Онлайн книга «Новая жизнь»
|
Не спалось нынче доктору. Ворочался, что-то шептал по себя… И утром проспал — проснулся, уже когда рассвело! Не завтракал, и так вот, не выспавшийся, с больной головой, отправился в больничку. * * * Первое что он заметил — был большой черный автомобиль. Шикарный, с лаковым кузовом и сверкающими спицами колес. Да, да, именно автомобиль, а не какая-нибудь там пролетка! Урча двигателем и переваливаясь на колдобинах с боку на бок, автомобиль неспешно пробирался меж грязных луж. Позади и с боков уже собрались, сбежались мальчишки. Еще б — поглазеть на такое чудо! Бежал, спорили. — Это Фрезе, Фрезе! — Какой же это Фрезе? «Роллс-Ройс» это! — Да нет же — «Панар-Левассер»! — А я вам говорю — «Руссо-Балт»! — Зуб даю — Фрезе! — Да «Руссо-Балт» же! Так и не придя к какому-либо консенсусу, ребята перешли к другим вопросам: — Интересно, он на керосине? — Ясен пень! Запаха, что ли, не чуете? Не на дровах же! — Ох, сейчас как в лужу! Выедет или нет? — Не, не выедет. Грязь же! — Так ить подморозило малость! Выедет! — А я говорю — застрянет. — Спорим? Твой картуз против моей рогатки! — Которая из орешника? — Да! — Спорим! Автомобиль двигался, верно, километров двадцать в час, и водитель, похоже, был опытным. Не сбавляя ходу, машина плавно въехала в лужу… и столь же плавно выбралась, покатила дальше, сворачивая… К больничке! Интересные дела… За машиной, разбрызгивая грязь и разгоняя мальчишек, проскакал казачий разъезд. Как успел заметить Артем, в автомобиле, кроме шофера еще сидела человека три — четыре, из них один — военный или полицейский служащий, в различиях их формы доктор не очень-то разбирался. Черт! Еще и бричка пронеслась, едва не сбив Иван Палыча. В коляске один оказался знакомым, «справный мужик» Иван Кругликов, Иван Пахомыч, деревенский староста, недавно избранный на сельском сходе — ясное дело, явный или тайный протеже Субботина, иного бы и не «выбрали». Лет шестидесяти, осанистый, с рыжеватой окладистой бородой, он чем-то напоминал былинного богатыря, вот только ростом не вышел. Про таких обычно говорили — «метр с кепкой». Со старостой ехали еще двое в накинутых на плечи городских пальто… в серых косоворотках и дорогих, с лаковыми козырьками, картузах. — Погоняй, погоняй! Опоздаем! — крикнул кучеру Кругликов. — Н-но! Коляска подлетела к больничке аккурат вместе с автомобилем. Первым вышел шофер — сухопарый тип с рыжими английским усами, в черных, заправленных в башмаки с крагами, галифе и шикарной куртке из «чертовой кожи». На голове — такой же кожаный шлем с очками-консервами. Полный набор шофера или даже летчика! Хлопнув дверцей, из машины вышли все остальные: высокий худощавый мужчина в фуражке с красным околышем и шинели с погонами капитана — чистый, без всяких звездочек, просвет — еще один полицейский пристав и… старый знакомый — Виктор Иваныч Чарушин из земской управы. — Ах, господин председатель! Господин исправник! — выскочив из коляски, принялись наперебой кланяться местные. Староста… и кто там еще с ним был… — Вот, Ваши благородия, пожалте, проходите в больничку! А что же Его высокопревосходительство? Задержался? Ах, ждем, ждем… Потом уж в трактире — обед… Уж постараются! А шофер ваш может и тут отобедать, с больными… — Вот уж шофер больных объедать не будет! — сняв шлем, водитель вдруг расхохотался с какой-то едкой ехидцей, словно бы знал что-то такое, чего пока не ведало деревенское начальство. |