Онлайн книга «Обострение»
|
— Юра, всё так и было? — уточнил капитан. Мальчик порывисто дернулся и кивнул: — Да! Если б не Фёдор Иваныч… — Фёдор! — встрепенулась Ксения. — Где он? Можно к нему? Иван Палыч едва успел ухватить вскочившую девушку за руку: — Позже, позже! Господин Штольц сейчас спит. Восстанавливает силы. Гробовский с Семёновым переглянулись… и дружно посмотрели на доктора. — Да, — кивнул тот. — Идёмте, глянем… А вы, дамы, пока — тут, с Юрой! Задержанный шпион восстанавливал силы под присмотром часового — шофера. Лежал под импровизированной капельницей с забинтованной головой. Увидев вошедших, неожиданно улыбнулся: — Ксению пустите, господа? Или сразу в камеру? — Ксению? Возможно… Семёнов вдруг обернулся, на тонких губах его заиграла улыбка: — Позвольте представить вам, господа… Риттер Венно фон Ашенбах, майор германской разведки и близкий друг её начальника, полковника Вальтера Николаи! Всё правильно, господин майор? Ist alles in Ordnung? — Не знаю, о чём вы говорите… — Ничего… Скоро всё расскажете… — недобро прищурился капитан. — Доктор! Его уже можно забрать? — Думаю, утром — вполне… — Иван Палыч кивнул и подошел к койке. — Как себя чувствуете, господин… Штольц? — Вашими молитвами, доктор! — светски улыбнулся шпион. — Сейчас я сменю капельницу… Господа, можете пока пройти в смотровую… — Да-да, пройдём… — сухо кивнул Семёнов. — Герр майор, мы ж с вами виделись… в пятнадцатом году, в Польше. Неужели забыли? Правда, тогда обстоятельства были… совершен обратные… Скрипнув, захлопнулась дверь. Игла. Вена. Чистый бинт… Часовой у входа. — Вы же… вы же могли просто проехать мимо, — глядя в глаза пациента, задумчиво прошептал доктор. — Почему ж тогда… — Наш род известен со времен Генриха Птицелова, — горделиво отозвался «Штольц». — И Ксения, и Юра — мои добрые знакомые! Вот и думайте, мог ли я… У вас есть принципы — врачебные. И у меня — офицерские. * * * К утру все разъехались. Из гостей остался лишь Гробовский да Анна Львовна… понятно, почему. Ещё заглянули Лаврентьев с урядником… К шапочному разбору! Что ж, бывает и так… Светало. Аглая наладила чай. — Мотоцикла-то твоя, Иван Палыч, в целости? — пряча улыбку, поинтересовался поручик. — А то можем контрразведке и счёт предъявить! А вот так! В каждой шутке есть доля правды. Становые откланялись. Доктор вышел на двор, вдыхая всей грудью свежий морозный воздух. Было тихо и благостно. По дворам уже начинали петь петухи, вдалеке, за усадьбой Ростовцевых, занималась заря. «Дукс» цел, что с ним сделается? Бензина, правда, уже маловато. И на багажнике — обрывок грязной веревки. Чёрт! Чемодан! Ну, ведь был же… — Чемодан? — поставив чашку на стол, настороженно переспросил Гробовский. — Точно, при нём был? Ты не путаешь, Иван Палыч? — Да был! Еще в городе, — доктор махнул рукою. — Вон, и Анна Львовна подтвердит. — Чемодан я помню, — кивнула учительница. — Господин Штольц его из рук не выпускал ни на секунду! Небольшой, потертый… и, знаете, по виду — тяжелый. Ну, мне показалось так… Золото там, что ли? — Золото… — Алексей Николаевич пригладил волосы и вздохнул. — Ищи-свищи… Понятно теперь, зачем Штольц так рвался в Зарное! Чемодан! Хотя, казалось бы, нужно наоборот… Ан, нет! Тут у него — тайник. И тайник, известный не только ему… Иван Палыч! Что скажешь? |