Онлайн книга «Переезд»
|
— Гаварю же! Красывый, бэлий. — Такой, с большим кузовом? Как карета? — Не, не как карета. Как коляска! Такие… одноколки… быстрые… Иван Палыч потер переносицу: — А номера вы, конечно, не запомнили? — Почему не запомнил? Бэлие же такие номера. «Масква» написано… — А цифры? — А цифры, дарагой, извиняйте! Они мне зачем… — докурив, дворник аккуратно выбросило окурок в стоящую неподалеку урну и повернулся к старьевшику. — Вот ты, Мурадилла, говорил, что народ в нашем доме нищий. Помнишь, один старий женщин тебе серебряный ложки снесла? Как же ее… имя такое мудреное… — София Витольдовна, — подсказал Иван Павлович. — А! Она! Я тоже раньше думаль — бэдний-бэдний… А она серебро из ломбарда забрала — я видел! Выкупила! И гордо так несла. Старьевщик покивал: — И мине давно уже ничего не приносит. — Я вам больше скажу! — вытащив из мятой пачки еще одну папироску, Ахмет заговорщически прищурился. — На том бэлом авто ее как-то раз подвозили! Прямо к парадному. Вот так! А вы говорите — бэдний. — Так-так-так, — озаботился доктор. — И кто же сидел за рулем? Девушка? — Пачему дэвушка? Мужчина. Пышные такие усы. * * * Валдиса Иванова, оперативного сотрудника ЧК, Иван Палыч неожиданно для себя встретил в наркоматовской столовой, тот брал морковные колеты с капустой и чай. Доктор тут же подсел рядом: — Свободно? Здравствуйте, Валдис… извините, не знаю отчества. — Да можно без отчества, — улыбнулся чекист. — Чай, не старые времена. Вы тут каким судьбами? Ах, черт… ваш же наркомат! Кстати, у меня к вам есть разговор… Впрочем, вижу — и у вас тоже. Так что — прошу! — Ну, что же… Не буду отрицать, дело к вам имеется… — поставив саквояж на свободный стул, доктор вытащил оттуда кусочек сала, отрезал тоненько, насколько смог местным столовским ножом, не точенным, как видно, еще со времен Юрия Долгорукого. — Прошу, не откажитесь… к чаю… — Не откажусь, — без всяких церемоний Иванов положил кусочек сала на черный ржаной хлебушек. — Слышал, были вопросы в больнице к вам? Вроде, ситуация какая-то случилась. — Ерунда, — отмахнулся доктор. — Былое. Сплошное недоразумение. Не про это сейчас. — Ну, Иван Павлович? Слушаю тогда. Доктор быстро рассказал о том, что услышал от дворника. — Ага-а… — задумчиво протянул чекист. — Значит, вот, кто доносы писал… Вернее — информировал. Как вы сказали? — Софья Витольдовна… И, не забудьте, белый спортивный автомобиль. Такой же, какой видели на Лубянке в момент смерти Озолса! — Опять этот чертов автомобиль! — Иванов чертыхнулся и поковырялся вилкой в морковной котлете. — Проверяем, но медленно все идет. Старые автоучеты сгинули бесследно. Эх, знать бы хотя бы марку… — Полагаю, «Уинтон», серия двадцать. Американский двухместный автомобильчетырнадцатого года выпуска, — усмехнулся доктор. Чекист вскинул глаза: — Американский? — Ну да, — покивал Иван Палыч, добрым словом вспомнив Юру Ростовцева и его автомобильный альбом. — Объем двигателя около девять литров! Сорок восемь лошадиных сил! — Сорок восемь… Ого! — В Москве таких, говорят, шутки три-четыре… Отыщете? — Спрашиваете! — Валдис хохотнул. — А что теперь с Софией Витольдовной делать? — пригорюнился доктор. — Будете брать? — Рано, — поправив галстук, отрезал чекист. — Лучше пока за ней последить. Вам как раз удобно! |