Книга Маски и лица, страница 33 – Андрей Посняков, Тим Волков

Вечером к ним явился Иванов, но, не как чекист, а под видом посыльного с фармфабрики: мол, профсоюз интересуется, почему гражданки Николаевы Насти уже несколько дней нет на работе. Уж не приболела ли?

Сестры — рослые колоритные девушки — разом покачали головами:

— Нет, нет, не знаем. Настя, видите ли, давно живет отдельно от нас. Адрес — вот! Зайдите, спросите.

Забравшись в «Минерву», чекист закурил папиросочку.

— Ну? — нетерпеливо спросил Иван Павлович. — Что там?

— Сказали, что не знают — Иванов выпустил дым в окно и ухмыльнулся. — Полагаю — врут.

— Принцессы врут! — вновь повторил Иванов. — Сам посуди, Иван Палыч, ну, к кому еще девке податься? Добрых знакомых у нее в Москве нет, ухажера, насколько я знаю — тоже. Конечно, к сестрицам. А те — девицы умные, взрослые! Наверняка, придумали что-нибудь.

— А с чего ты взял, что они врут-то? — Иван Павлович потер переносицу. — Может, она до них еще не добралась.

— Ага, не добралась, — хмыкнул чекист. — Ночует по асфальтовым котлам, с беспризорниками.

Доктор неожиданно улыбнулся:

— Беспризорники нынче на природе, по котлам они зимой шарятся.

— Да какая разница! — отмахнулся Валдис. — Я спросил у сестриц про Анастасию — мол, на работу не вышла. Так они и бровью не повели, не так, ни другая. Спокойно так отреагировали, нисколько не волновались, не расспрашивали, не уточняли. Просто прияли к сведении… О чем это говорит? О том, что Настя-то — у них. Или они ее где-то прячут.

— Я бы сначала квартиру проверил…

Иван Палыч еще толком и не успел договорить, как Иванов довольно хлопнул его по плечу:

— Вот! Вот именно. Проверить этак негласно, без ордера. Я, сам понимаешь, там под другим именем показаться не могу… А лишних людей в дело посвящать не хотелось бы!

— Понимаю, — усмехнулся доктор. — Опять хочешь меня попросить? С мандатом.

— Ну, а кого же больше-то? Кто у нас санитарный диктатор, ты или я? — прищурившись, Валдис громко расхохотался. — С такой бумагой тебя куда угодно пустят и все расскажут-покажут! И, вот еще что… Я так думаю — побыстрей надо. Француз с Лорой тоже ведь могут прознать про сестричек! Пока, правда, не навещали, но… Они ж заодно, ты сам понимаешь.

— Завтра с утра и заеду, — прощаясь, пообещал доктор. — А потом сразу в Люберцы…

* * *

Сестры Романовы проживали в трехэтажном особнячке на Кузнецком мосту, сняв там небольшую квартирку в мансарде, под самой крышей. Судя по дому, мансарда было пристроена на французский манер, из наскоро переделанного чердака.

— Жилтоварищество так решило, товарищ Петров, — оправдывалась грузная тетушка управдом. Говорила она с явным вологодским выговором, напирая на «о». — Согласно постановлению Моссовета. С моспожнадзором тоже согласовали… Квартирантки? Да, дома, кажись. Эвон — окно-то распахнуто! Нет, нет, никто их в последнее время не навещал, так все вдвоем и живут. Барышни хорошие, скромные. Да вот, пройдемте.

Поднявшись вместе с доктором, женщина постучала в дверь:

— Домком! По важному делу.

Дверь открыли почти сразу, так что, если б в квартире кто и был, так вряд ли успел бы спрятаться, тем болел, квартирка-то была небольшая — одна комната, спальня и кухня.

— Здравствуйте, Ольга! — войдя, улыбнулась управдомша. — А сестра ваша где, на работе, что ль?