Онлайн книга «Земский докторъ. Том 9. Падение»
|
— Ага-а… — тут уже озаботился и парнишка. — А я-то свой не потерял? Сейчас проверю! Нет… здесь… Василий вытащил из кармана штанов точно такую же книжечку… так, чтоб видели все пассажиры, чтоб знали — здесь не какая-то там мелюзга едет, а комсомольцы! — А дай твой посмотреть… — протянула руку девчушка. — А ты — мой. Поменялись. Глянули… Ну, просто загляденье! Отпечатанные в настоящей типографии, на плотной бумаге с изображением серпа, молота и звезды, с большими буквами РКСМ — Российский Коммунистический Союз Молодежи! На развороте, как и в любом официальном документе — все сведения: фамилия, имя, отчество, год рождения, дата вступления… И — самая настоящая печать! А ниже — фиолетовая подпись товарища Нюры Резанович, заведующей Зареченским УКОМом РКСМ. — Пронина, Анюта Степановна… — в полголоса прочел Василий. — Одна тыща девятьсот третьего года рождения… дата вступления в РКСМ — двадцать девятое мая сего года… И у меня так! — Так понятно ж! — Анют… — возвращая билет, парнишка вдруг склонил голову набок. — Все хочу спросить… Тебе в куртке-то не жарко? — Нормально! Анюта произнесла это тоном, вполне заменяющим выражение «не твоего ума дело». Да, было жарковато. Но, курточку, недавно перешитую из отцовской, она надела именно из-за платья. Платье — красивое и модное — мама сшила ко Дню рождению Анюты по выкройкам из московского журнала «Вечернее платье». Журнал этот вообще-то считался легкомысленным и мещанским, как, собственно говоря, и само платьице… которое девушке очень и очень нравилось! Носить его в селе девушка стеснялась — все-таки, комсомолка, мало того — комсорг! А вот в город… в город в нем можно вполне. Только вот — курточку сверху накинуть, и — рано с утра — быстро-быстро на станцию. Бегом, чтоб никто особо не заметил, не разглядел. А то потом начнут — «комсомолка, а как фифа разряженная»! Так ведь и было бы… В город Анюта с Васей ездили не просто так, а в УКОМ, где встречались с товарищем Нюрой Резанович. Нюра недавно была в Москве, откуда привезла материалы Первого, еще прошлогоднего, съезда РКСМ, а так же кучу иностранных газет, в которых комсомольцы Зарного должны были искать информацию о гибели пламенных революционеров — Карла Либкнехта и Розы Люксембург. Именами погибших коммунистов-«спартаковцев» нынче собирались назвать Зарненскую среднюю школу. Кроме газет, в котомочке еще лежал рекламный проспект швейцарской торговой фирмы. Между прочим, на немецком языке. — Зачем это тебе? — Анюта полезла так в сумку за газетами… наткнулась… — Не мне — отцу, — солидно отозвался Василий. — Хочет в Швейцарии пресс заказать, для кузницы. Тогда и автомастерскую откроем — запросто. Вот, выдадут тебе в УКОМе автомобиль, а он возьмет да сломается! И что ты будешь делать? Парнишка шутил, конечно… Только вот подружка его ничуть не рассмеялась, а, наоборот, выглядела совершенно серьезной: — Автомобиль — вряд ли… А вот мотоциклет у нас скоро будет! В больнице старый «Дукс» списывают и нам, в комсомол, отдают! Мне Нюра по секрету сказала. — «Дукс» наш будет? — радостно воскликнул Василий. — Вот же здорово! Я помню, на нем доктор, Иван Павлович ездил. Который меня вылечил! — Иван Павлович нынче в Москве. Замнаркома! — Да знаю… Отцу недавно написал! Ну, по поводу организации мастерской — отец писал, спрашивал… |