Онлайн книга «Кондотьер»
|
На странности юная княжна-королева обратила внимание сразу же! В отличие от Леонида. Ну, еще бы, она от этого времени – плоть и кровь, царственных кровей особа! Понятие боярской «чести» чувствует нутром, прямо на генном уровне, прекрасно понимая, что с непонятными незнакомцами владельцы земель да замков так вот, запросто, себя не ведут. Ай, Маша, ай, молодец! Однако что ж теперь делать-то? Выходило – бежать, больше нечего! Проведя в мыслях весь остаток ночи, Леонид поднял всех незадолго до рассвета: — Вот что, други. А слушайте-ка все сюда… Утром, позавтракав кашею, лжепаломники, помолясь, отправились в долгий путь. Совсем не туда, куда им было надо, на юг вместо севера. Их сопровождали четверо хмурых всадников в латных кирасах и шлемах, с саблями и привешенными к седлам пистолями. Двое ехали впереди и двое сзади. Один – светлоусый – даже соизволил улыбнуться: — Доведем вас до Орши, а там – доброго пути. Леонид задумчиво посмотрел вдаль, на тянувшуюся меж заснеженных полей дорогу, уходившую в дальний лес. Может, они с Машей зря волновались? Эти славные парни действительно посланы их сопровождать добрым самаритянином паном Гресем? Исключительно ради заботы о ближнем, без всякого двойного дна… Ага, как же! Арцыбашев уже достаточно хорошо разбирался в воинском деле, чтоб оценить профессионализм латников. Что и говорить, позиции выбрали грамотно: ни вперед, ни назад не ринешься, не проскочишь – живо получишь пулю в лоб, а по дурной башке – саблей. В стороны, врассыпную, тоже не бросишься, по крайней мере сейчас – поля кругом, снег, спрятаться негде. Далеко не убежишь, нагонят. Здесь – не убежишь. Пока… Едва путники вошли в лес, как ушлая Санька, случайно споткнувшись, покатилась по плотно утрамбованному санями снегу, громко крича и стеная. — А-а-а-а! У-у-у-у! — Что с отроком? – резко обернулся светлоусый. Остальные ратники напряглись, положив руки на эфесы сабель. Профессионалы, блин. Наглые, уверенные в себе, морды! Ничего-о-о… Оружие у «паломников» отобрали еще в замке, даже отроков не поленились обыскать, отняли запрятанные под онучи ножи, хоть и не ножи это были, а так, одно название. Разве что рыбину покромсать да мяса кусок отрезать. У беглецов оружия не было. Зато оно имелось у четырех сопровождающих молодцов! И имелось в избытке. Именно на это Леонид и рассчитывал. Каждый из его команды взял на себя одного конкретного ратника – присматривал во все глаза: где у того нож, да как привешены пистолеты, сабля, да тонка ли подпруга… или, может, татарская, толстая, которую попробуй перережь. Нормальные оказались подпруги, тонкие. Сам Магнус выбрал вислоусого, Михутря – того, кто ехал рядом, ну а остальных двоих поделили промеж собой отроки и прибившийся к беглецам толстяк – давешний «сын лейтенанта Шмидта», звали его, кстати, Силантием. — У-у-у, ногу сломал, у-у-у… – корчась, орала на весь лес рыжая. – Да помогите ж хоть кто-нибудь, не видите, мочи нет! Первым подбежал Леонид. Склонился, ощупал Санькину ногу да, подняв глаза, глянул на светлоусого: — Однако опухло все. Мне бы нож – онучу разрезать. Или сам разрежь. Переодетая парнем девчонка орала. Всадники бестолково кружили рядом. Светлоусый нагнулся в седле… Увидев спокойный кивок Михутри, Арцыбашев резко схватил за шею слишком уж любопытного старшого и, дернув на себя, выбросил из седла. Чей-то конь тотчас взвился на дыбы, и незадачливый хозяин скакуна с грохотом полетел в сугроб: подпругу-то уже перерезали незаметно вытащенным кинжалом! |