Книга Кондотьер, страница 304 – Андрей Посняков

Встреча с командиром шотландских наемников сэром Арчибальдом произошла, как писали когда-то в советских газетах, «в теплой и дружеской обстановке». Стороны сперва договорились обо всем кулуарно, в шатре, а уж потом вышли к собравшимся на опушке гофлейтам.

— Солдаты! – в лучших ораторских традициях, Леонид поднял вверх правую руку. – Славные шотландские парни! Я – король Ливонии Магнус, призываю вас под свою руку…

Здесь Арцыбашев замолк, давая возможность сэру Арчибальду перевести, а уже потом продолжил, все так же делая паузы:

— Вы воевали, вы голодали, вам не платили жалованья… Вспомните, сколько вам обещали шведы? Жалкие два талера в год! Ну, еще добыча… это само собой. Я даю вам четыре! Четыре талера, и вы получите их уже через месяц, даю вам в этом свое королевское слово! Четыре талера – каждому, уже через месяц, почти что сейчас. Четыре талера! В два раза больше, чем вам обещали – только лишь обещали! – шведы. И это не считая вашей законной добычи!

Переводя, сэр Арчибальд улыбался в усы. Ему, как и всем наемникам, было абсолютно все равно, за кого воевать – лишь бы платили. Шведы кинули, еще и пытались бить морды – что ж, у ливонского властелина условия куда как лучше. Если не обманет. Да не должен – королевское слово дал, тем более при нескольких тысячах свидетелей.

— Слава королю Магнусу! – этими словами командир шотландцев завершил перевод. – Да здравствует свободная Ливония!

— Слава королю! – восторженно подхватили гофлейты.

— Да здравствует!

Под такие крики еще бы гимн спеть, как положено, с постным унылым лицом, приложив руку к сердцу. Спеть бы, да… Только вот не имелось у Ливонии гимна, не придумали, не сложили еще, и это упущение нужно было наверстать обязательно. Пока же… пока имелась одна песенка под названием «Наш славный король», сочиненная юным мажордомом Петером на мотив какой-то народной баллады в лучших традициях псевдороссийской попсы. Припев казался Магнусу весьма удачным, простым, и его частенько напевали ратники:

Через пару часов легкие на подъем шотландцы уже подходили к осажденному Везенбергу. Замогильный вой волынок и барабанный бой несколько ошарашил шведов, но отнюдь не деморализовал – не такие это были парни. Солдаты графа Акезена держались стойко, хоть и явились сюда наступать, а вот приходилось обороняться, да еще – от недавних союзников и друзей. Впрочем, кто считал друзьями этих горных дикарей в дурацких юбках? Так, объект для насмешек… Вот сейчас они за это и мстили. За все унижения, за насмешки, за нелюбовь.

Войско сэра Арчибальда ударило по шведам с правого фланга, ударило неудержимо и мощно. Слева же в этот момент атаковала кавалерия фон дер Гольца, а с тыла – королевская гвардия и ополченцы. Мало того, в Раковорской крепости, видя такое дело, отворили ворота, откуда вырвался большой конный отряд, с большим пылом атаковавший шведские шанцы.

— Ай, молодцы, – глядя в подзорную трубу, радовался ливонский король. – Вовремя сообразили. Смори-ка, рейтары у них… Это, верно, бежецкие своеземцы… а вот те, в тегилеях и с луками – те от Иванова войска остались. Воеводские, из гарнизона. Альфонс!

— Да, ваше величество! – верный оруженосец громыхнул латами.