Книга Кондотьер, страница 332 – Андрей Посняков

— Артель московская? Виленская? Или еще какая? – быстро уточнил король.

— Псковская, – Труайя потеребил кончик левого уса. – В часовню воры ночью забрались, а ученик там ночевал, вот и…

— Надеюсь, убийц вы все же найдете, – недовольно промолвил Магнус.

— Ищем, ваше величество. Поверьте, делаем все.

— Быстрее ищите, – король нахмурился и покачал головой. – Месяц уже почти колупаетесь, а?

— Ваше величество! Всего-то третья неделя пошла.

— Ну, так и что? Ладно, ладно, ищите…

Ливония, все же имела свою специфику, проявлявшуюся и в ходе войны, и во всем прочем. Небольшие расстояния, огромное количество укрепленных городков и замков, всякого рода каменных фортификационных сооружений, строящихся и совершенствующихся веками. Много дорог – и дорог хороших! – убийца (или убийцы) могли запросто затеряться, покинув место преступления как можно быстрей. Нужно было выставлять посты, перекрывать пути-дорожки. Впрочем, Анри свое дело знал, в чем его величество не раз уже убеждался, а потому и сейчас ворчал лишь для порядку.

— Та-ак… еще чего плохого в нашем королевстве случилось за последнюю ночь?

— Войска царя Ивана взяли Пернов.

— Взяли-таки? – Магнус покачал головой. – Ну, предлагали же тамошним ратманам к нам. Так нет, на шведов понадеялись. И что, сильно помогли им шведы? Иван Васильевич и Ригу бы взял… кабы не поляки, их ведь Рига теперь.

— Поляков в Риге не жалуют.

— И хорошо! – Арцыбашев всплеснул руками. – А надо еще людишек верных туда послать, и газетку распространить нашу… Чтоб рижане поляков еще больше не жаловали, да чтоб не к шведам хотели, а к нам!

— Сделаем, ваше величество, – Труайя браво выпятил грудь и, по привычке понизив голос, сообщил самое важное, ради которого, собственно, сюда и явился: – Один человек ищет с вами встречи, мой государь.

— Что за человек? – тут же оживился Магнус. – И почему именно со мной? Тебя ему уже недостаточно?

— Нет, мой король. Дело уж больно важное. И доверить его, кроме как вам, никому нельзя. Речь идет о троне…

Его величество разочарованно зевнул и отмахнулся:

— Я даже знаю, о каком! У меня тут писем уже…

— Письма письмами, а тут люди, – возразил Анри. – И люди, судя по всему, серьезные.

— Ну, так давай сюда своего серьезного человека! – Арцыбашев гулко рассмеялся. – Так и быть: примем, выслушаем… Надеюсь, ты его уже привел?

— Ждет на заднем дворе, – покивал француз-новгородец. – Надо бы тайным ходом…

— Хорошо. Проведи.

Представитель «серьезных людей» оказался невзрачным светлоусым мужичком в потертом телогрее-кожухе и дешевом шерстяном плаще. Несмотря на непрезентабельный внешний вид, держался мужичок с гонором – сразу видно, шляхтич. И не столь уж и прост, как кажется. Начал сразу же, без всяких предисловий, лишь только отвесил его величеству уважительный низкий поклон:

— Я знаю человека, который может помочь вам получить польскую корону.

— Речь идет о короне Польши и Литвы? – педантично уточнил Магнус.

— Хм, Литва… – визитер презрительно скривился. Ну, точно шляхтич, поляк!

— Что же он сам-то не явился, этот ваш человек? – хитро прищурился Арцыбашев. – Зачем было кого-то посылать? Или он мне заранее не доверяет?

— Доверяет, что вы! – шляхтич яростно сверкнул светлыми, чуть навыкате глазами. – Одному вам, пан круль, и доверяет. Он… очень большой человек и знаком со многими влиятельными людьми. Только сейчас, увы, схвачен и брошен в узилище в Вильне.