Онлайн книга «Кондотьер»
|
— Фриволен? – удивился король. — Честно сказать, ни одной юбки не пропустит, ваше величество, – министр рассмеялся в голос. – Не знаю, правда, недостаток это или достоинство. С точки зрения католической веры, впрочем… — Я вас понял, уважаемый пан Бекеш. Можете идти. Проводив, наконец, министра, Магнус принялся внимательно разбирать списки самых влиятельные в королевстве и княжестве людей. Таковых набралось не так уж и много – десятка два, но нужно было подобрать к каждому ключик, используя все слабости, все ошибки сих достойнейших во всех отношениях господ. Один из самых богатых и влиятельных магнатов, литовский князь Николай Радзивилл, протестант по вероисповеданию и активный сторонник Габсбургов, на прием к новому королю еще не явился, но прислал письмо, в котором вежливо поздравлял Магнуса с избранием на престол Речи Посполитой и вскользь упоминал о своем пошатнувшемся здоровье. Как выяснил Арцыбашев, князь и впрямь был тяжело болен – обострилась подагра плюс, как поговаривали, еще и некая венерическая болезнь. Через своих людей король посоветовал Радзивиллу поехать лечиться в Италию, к чему князь – убежденный космополит – и склонялся, нужно было лишь его подтолкнуть. Петр Скарга, ученый, академик, иезуит… Этому человеку король пожаловал разрешение открыть католические миссии во многих ливонских городах. Пусть! Там ведь везде протестанты, пусть будет немного католиков – в обмен на полную лояльность сего красноречивого и умного проповедника, удостоенного чести стать советником нового короля. В приватной беседе, состоявшейся дня три назад, Скарга всячески поддержал идею Магнуса об ограничении всевластия сейма и усилении королевской власти. Хитрый Арцыбашев еще раньше ознакомился с сочинениями патера Петра, обнаружив в них почти полное соответствие собственным мыслям. Ян Ходкевич, ливонский гетман и бывший враг короля Магнуса. Перешедший в католичество лютеранин, ярый сторонник Габсбургов… да и его самого тоже предлагали на польский престол. Противник унии Литвы с Польшей. Дать ему войско! Пусть встанет на границе, преграждая путь возможному вторжению войск семиградского князя. Да! Еще и под Смоленск надо кого-то отправить… Воевода Ян Костка? Да, верно, он подойдет. Пускай послужит… * * * Наверное, это выглядело ребячеством, но король и королева обожали бродить по Кракову переодетыми в простое платье. Сидели в корчмах, заходили в лавки, приценивались, веселились на многочисленных цеховых шествиях. Переодевались всякий раз в разное, чтоб не примелькаться и не быть узнанными. Заходили в лавки. Маша обожала ювелирные, особенно в еврейском квартале – Казимеже. Обычно ничего не покупали, но вот как-то раз в лавке старого Гринфельда королеве очень понравилось янтарное ожерелье. Тепло-желтые полупрозрачные бусы, нанизанные на красную шелковую нить, казалось, лучились терпким осенним солнышком. Купили, чего ж… А через пару недель какие-то злодеи убили старого ювелира, разграбив мастерскую и лавку – такие вот невеселые дела! В очередной раз Магнус в облачился в серый, с витыми шнурами, кунтуш, Маша же – в синее с алыми вставками платье, сверху накинула теплый шерстяной плащ. Чудесный денек, совсем по-весеннему теплый и солнечный, весьма способствовал прогулке. |