Книга Курс на СССР: Переписать жизнь заново!, страница 33 – Андрей Посняков, Тим Волков

— Сергей Николаевич, — попросил я срывающимся голосом, вставая с места. — Дайте мне шанс?

— Какой еще шанс? — не понял тот.

— Доказать, что я могу.

Редактор нахмурился. Потом усмехнулся.

— Вот ведь настырный какой! Но смелый. Это похвально. Знаешь, что? Давай вот как сделаем. На следующей неделе в колхозе «Золотая Нива» будет День Поля.

— Что еще за День Поля?

— Что-то вроде народного праздника, по случаю сбора урожая. Концерт художественной самодеятельности, выступление местного ансамбля балалаечников, народные песни, танцы. Вот про это и напишешь, как положено, без вот этих твоих колкостей и остроты. Вот и будет тебе шанс.

— Правда? — не поверил я.

— Правда, — кивнул редактор.

* * *

Вечером с работы я летел, окрыленный открывшимися перспективами.

— Сашка! Постой!

Обернувшись, я увидел Сергея. Слегка сутулясь, он снова стоял у того самого столба. Мы обменялись рукопожатиями и дальше пошли вместе. После непродолжительного молчания он, как бы решившись, сказал:

— Хорошо, что мы вчера ушли.

— Да, — коротко бросил я, особо не желая вспоминать то самое событие.

— Нам очень повезло! — эмоционально продолжил он, оглядываясь по сторонам. — После того, как ты меня увёл оттуда, там начался настоящий кошмар! Милиция всех задержала. Мне знакомый рассказал. Такой там шорох навели! По институтам бумаги запустили, на работу. Повыгоняют наверняка всех. А нам… ну в самом деле повезло!

«М-да, и в самом деле повезло, — подумал я. — Если бы не Метель…»

Мы свернули на Кирова, но не успели пройти и пары десятков метров, как дорогу нам перегородили семеро, вышедших из переулка парней. Высокие, в потёртых куртках, с угрожающими взглядами. Явно не пионеры. Один из них, с тёмной чёлкой и шрамом на щеке, шагнул вперёд, уперев руки в бока.

— Серега, привет! — прогундосил он.

— Привет, Костя, — кивнул тот, явно напрягшись.

— А мы к тебе с одним вопросом.

— И что за вопрос?

— Интерес у ребят возник, вполне резонный интерес. По поводу вчерашнего квартирника.

— Ну?

— На Ленина квартирники всегда тихие были, без ментов. Никогда там облавы не было. А тут, вдруг, ты привел новенького, — он кивнул в мою сторону, — и сразу такое попадалово. Странно, да? Всех повязали, а вы двое смылись. Как так вышло? Знакомый твой? Ты за него поручился?

— Я, — кивнул Сергей.

— Тебе и отвечать.

— А ты мне что-то предъявить хочешь за это? Намекаешь, что я всех сдал?

Сердце заколотилось. Я почувствовал, как опасность сгущается вокруг нас. Неформалы ищут виноватого, и их подозрения пали на меня — чужака, которого никто толком не знает.

— Ты не дерзи, Сергей, — сквозь зубы процедил главарь. — А то можем ведь и по-другому поговорить.

Каким-то театральным жестом он достал нож из кармана.

— Ну так что, Серега? Что скажешь? С кого спрос брать по поводу вчерашней облавы? С тебя? Или с твоего кореша?

Он чиркнул в воздухе лезвием ножа и ухмыльнулся. Кажется, ему было все равно кого сейчас резать на ремни.

Бежать было бесполезно. Жаждущие мести неформалы взяли нас в кольцо, не прорваться. Их главарь нехорошо ухмыляясь, поигрывал ножичком у самого моего носа. Я невольно отстранился, попятился и уперся спиной в ствол росшего на обочине тополя. Серега встал рядом, сжал кулаки.

— Напрасно вы так, — тихо, но уверенно произнёс я.