Онлайн книга «Государево дело»
|
А парсуны – портреты – тоже неплохи! На Русиматушке с недавних пор тоже так пишут. Правда, те на иконы больше похожи, эти же – как живые! Вот важный господин в шляпе, а вот – разбитная девица с распущенными волосами… Ишь, смотрит прямо в глаза, коровища… и улыбка такая… распутная улыбкато, разбитная, прямо как у недавней знакомой – Кристинки… Кристинка… Ишь, одноглазогото ее человек показал – зеленщик! А с чего бы это она вдруг решила помочь? И с чего бы зеленщику про него, Никиту, рассказала? Зачем? Хм… странно, непонятно… и – требует отдельного размышления! Да, да – все непонятное должно быть объяснено! Он ведь ей, Кристинкето, никто. Просто добрый человек, как она почемуто решила… — Нравится, мой дорогой Николаус? Засмотревшись, Бутурлин и не заметил, как подошла маркиза. Оглянулся, кивнул: — Нравится – да. Даже вот, тебя, душа моя, не заметил. — Эту девицу написал Хальс. А те мельницы – ван Рейсдал. Оба голландцы. У них там, в Голландии, почти каждый – художник! — Божье соизволенье! — Вот, тото же! Ну, пошли… вина выпьем… Ах, дражайший друг мой, как же я рада тебя видеть! А муженекто мой нынче явится поздно… Намек был более чем прозрачен. А как прелестно выглядела сама хозяйка особняка! Как ей шло это голубое платье с рюшами и большим отложным воротником, как блестели жемчуга и бриллианты… и глаза, кстати, тоже… Ах, эти глаза… — Идемте же скорей в кабинет! Там самые лучшие картины. И весьма недешевые, смею заверить. Сказав так, маркиза тут же отпустила слугу и, поднявшись в кабинет, с порога наградила гостя самым горячим поцелуем! — Ах, Николаус… Наконецто мы одни… — У тебя слуг полный дом… — Ха! Слуги… Когда это мешало? Тем более, они знают, что я всем хвастаюсь картинами и приглашаю в кабинет очень многих… Все, как обычно, все как всегда… Все, как всегда… Миг – и жеманная красотка маркиза очутилась в крепких объятьях Никиты! Того и ждала и даже можно сказать – жаждала! Впрочем, и Бутурлин был отнюдь не прочь… Какая она тоненькая… эта шейка, талия… стан… На Руси бы сказали – уродка, ну а тут – всем красоткам красотка! Ишь ты, как складно сложилосьто! Не хуже, чем картины у голландцев. — Ах, какой ты страстный, Ник! Настоящий пират! Ээй, осторожней, не порви воротник… И тут вот – шнурочки… развязывай, развязывай… В кабинете стояло небольшое – со спинкою – ложе. Называлось на турецкий манер – оттоманка. Туда и легли, вернее сказать – свалились! Все же, как она хороша! И спинка, и бедра, и плоский живот… Ох, грешны, грешны… — Ой! Ой! Щекотно… Вот здесь еще поцелуй! Ну – пупок… и ниже… Вскоре послышались стоны… — Ты меня с ума сведешь! – ничуть не стесняясь своей наготы (как давеча – Кристинка!), маркиза растянулась на оттоманке обворожительной одалискою. – Там, в бюро, кувшинчик вина и бокалы… Налей! — Слушаюсь, моя прекрасная госпожа! — Как забавно ты произносишь слова. Так и хочется поскорее снова тебе отдаться! Я соскучилась, Ник! — Я тоже… За тебя, моя маркиза! Ты очень красива – знаешь? — Догадываюсь! Рассмеявшись, красотка подняла бокал. Сверкнули зеленые очи… — Мне бы с мужем твоим поговорить, – поставив бокал, светски улыбнулся Бутурлин. Маркиза рассмеялась: — Поговоришь! Только он нынче поздно явится. Во дворце – малый прием. Только послы, военные и все такое прочее. Верно, готовятся к войне! |